Развод по-королевски (СИ)

Однако юноша, что только шёл подле меня, быстро оказывается рядом с моим братом и ловит кроху здоровой рукой — другая всё ещё в лубках, несмотря на хвалёную регенерацию. Вроде как он мне все уши прожужжал, что на нём всё заживает как на собаке. Или скорее как на волке….

Вот новый обрывок прошлого, где я, как обычно, собираюсь на “охоту” с отцом, а парень с буйной гривой тёмно-русых волос и глазами чернее ночи, просит взять его с собой. Отец соглашается, но упрямлюсь уже я — больному не место на моих тренировках.

После такой выходки верный рыцарь отца долго отчитывал сбежавшего из поместья парня, обещая в наказание запереть его в охотничьем домике, где он восстанавливал свои самые тяжёлые раны. Его нельзя было перемещать и пришлось прибегнуть к таким мерам. Как ни странно, но такая угроза всегда действовала — воспоминания из того домика оказались слишком яркими, болезненными и пугающими, потому юноша не хотел больше туда возвращаться.

"И снова сцена, что возвращает меня в беззаботные дни Аджардхолла. Спасённого мной парня там оказывается так много, что это начинает пугать: мы вместе в библиотеке, тихо читаем каждый свою книгу, вместе смотрим на звёзды, размышляя, как сложится наша жизнь, вместе прячемся в забытой всеми оранжерее от неожиданных гостей, а ещё каждый вечер рассказываем Юстиану сказки на ночь.

Разве я была такой? Разве не была моя жизнь наполнена только подготовкой к тому, чтобы быть подле Лиама? Откуда в забытых воспоминаниях столько тепла, искренности и простых, совсем недозволенных благородным леди, радостей? Могла ли я вот так беззаботно собирать цветы на летней поляне и, хихикая вместе с маленьким братом вплетать их в волосы дремлющего на солнышке парня, чьи ресницы подозрительно подрагивали?

Нет, такое точно не про меня.