Дочь моего друга

А потом поеду домой.

— Можно? — несколько раз стукнув костяшками пальцев в дубовую дверь, я заглядываю в приоткрывшийся зазор. Андрей, сидящий за своим столом, отрывает взгляд от монитора и слегка кивает.

— Да, заходи.

Нельзя сказать, что он выглядит злым или расстроенным, но складка между нахмуренных бровей и заострившийся рельеф скул намекают на обратное.

Стараясь не выдавать своего волнения, я иду к столу и кладу перед ним стопку документов. Андрей, не взглянув на меня, углубляется в их изучение, пролистывая страницы немного резче, чем нужно.

— А по «Альфе» где? Три дня назад просил сделать.

На нетвердых ногах я обхожу стол и, встав рядом с его креслом, начинаю лихорадочно листать бумаги. Я точно помню, что делала его. Неужели забыла вложить? Ну почему именно сейчас? Стопка почти подходит к концу, и я кожей чувствую исходящее от Андрея раздражение. Наклоняюсь ниже и напрягаю глаза, чтобы не просмотреть заветные буквы, отчего мои волосы задевают его лицо. Андрей по-прежнему не двигается, но его плечи ощутимо напрягаются, а ладонь, лежащая на столе, сжимается в кулак.

— Вот он, — от свалившегося на меня облегчения голос звучит на два тона громче, пока я вытаскиваю из стопки нужный листок.

— Хорошо. Теперь вернись на место.

Я сажусь в кресло и в течение нескольких минут наблюдаю, как Андрей подписывает бумаги, до тех пор, пока он, наконец, не откладывает ручку и, придвинув ко мне стопку, не встает.

— Завтра меня в офисе не будет. Передашь это в бухгалтерию Колпашниковой.

"Судя по всему, он собирается уходить, поэтому я торопливо сгребаю бумаги и поднимаюсь следом. Несмотря на внешнее спокойствие, Андрей выглядит напряженным, и я вдруг думаю, что быть женщиной все-таки намного проще. Нам позволительны эмоции и слабости, а от мужчины так или иначе ждут стойкости и силы.

Мы вместе идем к двери, и перед тем, как взяться за ручку, я не выдерживаю: разворачиваюсь и встречаюсь с ним взглядом. От того, как близко Андрей стоит, мой пульс ускоряется, но я все же говорю то, что хотела:

— Я слышала про проблемы с грузом.

Сердце ударяется о грудную клетку так, что кажется, это заметно через рубашку. Андрей ничего не отвечает, но и с места не двигается: стоит и смотрит на меня. Точно так же, как смотрел тогда, в клубе, когда я танцевала для него свой бесстыдный пьяный танец. Этот взгляд я никогда не забуду.