Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Как мне удалось понять, общее впечатление было положительным."

"Едва заметно прихрамывая, Михаил с невестой подошел к матери. Принцесса Масако согнулась в низком поклоне перед своей будущей свекровью. Все же въевшиеся в кровь и плоть правила поведения женщины из Страны восходящего солнца не скоро забудутся. Мария Федоровна дружески кивнула своей будущей невестке, сказала ей пару слов, отчего девушка выпрямилась и, немного покраснев, улыбнулась. А потом, не выдержав, вдовствующая императрица бросилась обнимать и целовать своего любимого Мишкина.

Ну, а потом, после неофициальной, так сказать, семейной части началась официальная встреча. Оркестры, рапорты высших сановников империи, крики ура и всеобщее ликование.

Пока гремели марши и официальные лица зачитывали скучные и не менее официальные речи, я, стараясь никому не мешать, пробрался поближе к хвосту поезда. Там я сердечно приветствовать наших путешественников – Ирочку, Колю Бесоева, Нину Викторовну и смущенного таким обилием золотых погон, аксельбантов и дам, украшенных бриллиантами, Кобу. Ильич и Крупская тоже чувствовали себя весьма неуютно на этом празднике жизни, и потому старательно держались на заднем плане.

Я пожал руку поручику, пардон – уже штабс-капитану Бесоеву, Нине Викторовне и Сосо, который уже, как мне показалось, начал потихоньку становиться товарищем Сталиным. Потом я поздоровался с Ильичом и его супругой. Мне запомнился острый взгляд Ленина, брошенный на меня, и его легкая картавость, выдававшая волнение «вождя пролетариата». Надежда Константиновна была немного растерянна и поприветствовала меня, похоже, так и не расслышав, кто я, и чем заведую.

На площади перед вокзалом уже были выстроены машины и кареты для кортежа императора. Он должен был проследовать в Аничков дворец. Михаил с Масако и вдовствующей императрицей уселись в открытую карету придворного ведомства.