Разоблаченный любовник

Глубоко втянув воздух, она нашла силы для ответа.

Трясущимися пальцами она приступила к маленькой пуговице на корсаже.

Он взял обе ее руки своей.

— Не заставляй себя, Марисса. Есть вещи, которые я хочу от тебя, но я не тороплюсь.

— Но я хочу. Я хочу быть с тобой. — Она оттолкнула его и начала расстегивать пуговицы, но не зашла недалеко, потому что слишком сильно дрожала. — Похоже, это придется сделать тебе.

Его дыхание перешло в эротичное шипение.

— Ты уверена?

— Да.

Когда он заколебался, она кивнула на корсаж.

— Пожалуйста. Сними его с меня.

Неторопливо, шаг за шагом, он расстегнул каждую из жемчужных пуговиц уверенными движениями израненных пальцев. Платье постепенно раскрывалось, без корсета под низом, ее обнаженная кожа открылась в V-образном вырезе.

Когда он расстегнул последнюю пуговку, все ее тело задрожало.

— Марисса, ты волнуешься из-за этого.

— Я просто… ни один мужчина не видел меня раньше.

Бутч застыл.

— Ты все еще…

— Нетронута. — Произнесла она, ненавидя само это слово.

Сейчас задрожало уже его тело, и тяжелый аромат стал еще сильнее.

— Это не имело бы значение, если бы ты не была нетронутой. Я хочу, чтобы ты знала это.

Она слегка улыбнулась.

— Я знаю. А сейчас ты… — Когда его руки поднялись, она прошептала: — Просто будь нежен, хорошо?

Бутч нахмурился.

— Мне понравится то, что я увижу, ведь это ты. — Когда она не посмотрела ему в глаза, он наклонился вперед. — Марисса, для меня ты так прекрасна.

Она не могла больше ждать, и, схватив корсаж, обнажила грудь.

— Марисса. Ты прекрасна.

Собравшись с духом, она подняла веки. Но он не смотрел на то, что она обнажила.

— Но ты еще не посмотрел на меня, так?

— Мне это не нужно.

Слезы собрались в уголках ее глаз.

— Пожалуйста… просто взгляни.

Его взгляд скользнул ниже, и он резко вдохнул сквозь зубы, в комнате раздалось шипение. Черт, она знала, что там что-то не в порядке.

— Господи, ты совершенство. — Он облизнул нижнюю губу. — Можно прикоснуться к тебе?

Ошеломленная, она кивнула, приподняв подбородок, и его рука проскользнула под корсаж, поглаживая ребра, лаская груди, легко, словно дыхание.

Марисса инстинктивно выгнулась.

— Ты такая… идеальная, — сказал он хриплым голосом. — Ты ослепляешь меня.

Бутч склонил голову, коснулся губами кожи на грудной клетке, прокладывая дорожку из поцелуев к ее груди.