Разоблаченный любовник

Ви повесил трубку и обнаружил, что смотрит на одну из зажженных свечей. Пламя покачнулось над черным восковым телом свечи от сквозняка в комнате.

Пламя заставило его задуматься. Ярко-желтый это был… ну, вроде, как светлый цвет волос, так ведь?

Он схватил телефон, решив, что Хэйверс был неправ в отношении запрета на посещения. Это зависит от того, кто будет посетителем.

Набирая номер, Ви жалел, что у него не было выбора. И знал, что то, что он делает, вероятно, не было справедливо. Возможно, это вызовет чертовски много проблем, слишком много.

— Госпожа?

Марисса посмотрела из-за стола своего брата. Перед ней была схема посадки на обед Принцепсов, но она не могла сосредоточиться. Все ее поиски с клиникой и домом ни к чему не привели, и она осталась ни с чем. Тем временем, ее чувства кричали, что что-то было не так.

Она заставила себя улыбнуться доджену, стоявшей в дверном проеме.

— Да, Кэролайн?

Слуга поклонилась.

— Звонок для вас на первой линии.

— Спасибо.

Доджен поклонилась и ушла, когда Марисса взяла трубку.

— Алло?

— Он в комнате под лабораторией твоего брата.

— Вишес? — Она вскочила. — Что?

— Пройди через дверь с надписью «кладовая». Справа есть панель, нажми ее, чтобы открыть. Убедись, что надела защитный костюм, перед тем как зайти к нему.

Бутч… Боже мой, Бутч.

— Что…

— Ты слышишь меня? Надень костюм и не снимай его.

— Что…

— Автомобильная авария. Иди. Сейчас. Он умирает.

Марисса бросила телефон и выскочила из кабинета Хэйверса, чуть ли не вытолкнув Кэролайн в холл.

— Госпожа! В чем дело?

Марисса пронеслась через столовую, распахнула дверь в комнату прислуги и влетела в кухню. Повернув к служебной лестнице, она потеряла одну из своих туфель на высоких каблуках, и поэтому скинула вторую, продолжив путь в одних чулках. У подножия лестницы она ввела код в системе защиты на задней входной двери в клинику и вошла в приемную неотложки.

Медсестры звали ее, пока она бежала по коридору, но она проигнорировала их.

Задыхаясь, она огляделась и ничего не увидела. Только швабры, пустые ведра и халаты. Но Вишес сказал…

Минуточку. На полу были слабые отметины, следы незначительного износа, предполагавшие открытие и закрытие потайной двери. Она отпихнула халаты прочь и нашла индикаторную панель. Впившись в нее ногтями, она заставила ее открыться и нахмурилась.