Разоблаченный любовник

И он вонял детской присыпкой, казалось, что он испускал этот запах всеми порами своего тела.

Пока шел вызов, Ви завел внедорожник, выехал на дорогу, и снова подумал о Бутче, сотворившем что-то, типа Вуду, с лессером. Говоря словами копа: Пресвятая Мария, Матерь Божья.

Черт… эта высасывающая хрень была отличным оружием. Но приносила кучу осложнений.

Ви снова обернулся. Осознавая, что хотел убедиться, что Бутч не смотрит на него, как смотрел бы лессер.

Твою мать!

— Роф? — произнес Ви, когда на звонок ответили. — Слушай, я… черт… наш парень только что сожрал лессера.

Когда он повесил трубку и кинул телефон на приборную панель, раздался голос Бутча, слабый и хриплый.

— Я рад, что ты не везешь меня домой.

— Я хотел бы. — Ви достал самокрутку и прикурил ее, сильно затягиваясь. Выпустив дым, он открыл одно из окон. — Господи Иисусе, коп, откуда ты знал, что способен на такое?

— Я не знал. — Бутч слегка закашлялся, будто у него болело горло. — Дай-ка мне один из твоих кинжалов.

Ви нахмурился и посмотрел на напарника.

— Зачем это?

— Просто дай его мне.

Зажегся красный свет, и Ви отстегнул ремень, чтобы достать одно из лезвий с нагрудных ножен. Он протянул кинжал Бутчу рукояткой вперед, а потом глянул на дорогу впереди. Когда он снова посмотрел назад, Бутч закатал рукав и разрезал внутреннюю часть предплечья. Они оба уставились на то, что вышло.

— Моя кровь опять черная.

— Что ж… неудивительно.

— И пахну я снова, как лессер.

— Ага. — Черт, Ви не понравилось, как коп уставился на кинжал. — Приятель, как насчет того, чтобы вернуть мне кинжал?

Бутч протянул его, и Вишес вытер черную сталь о кожаные штаны, прежде чем убрать оружие.

Бутч обхватил живот руками:

— Не хочу находиться рядом с Мариссой в таком состоянии, хорошо?

— Без проблем. Я позабочусь обо всем.

— Ви?

— Что?

— Я сдохну раньше, чем причину вам боль.

Глаза Ви посмотрели сквозь разделявшее их расстояние.