Рассвет твоей нежности

Сейчас каждый, кто научился в школе писать, пачкает в интернете имена публичных людей, бизнесменов, политков. На самом деле, Ирбег и его люди позаботились о том, что к моей семье никто не может близко подойти.

Мама меня каждый вечер уговаривала остаться на ночь в отчем доме, места благо там всем хватает, но я уезжал домой. Родительница все замечала и пыталась помочь нам сблизиться. Нужно сказать спасибо и Светлане Максимовне. Моя бывшая классная руководительница никак этому не препятствовала. Упиралась только Таня.

Я не давил, но старался ненавязчиво за ней ухаживать, но Тане старалась не оставаться со мной наедине. За две недели мне не удалось ни разу ее даже поцеловать.

Столько времени без секса… И ведь не хотел других. Она, как наваждение! Снять напряжения утром под душем, стало каким-то ритуалом! Только никакого удовлетворения это действо не приносило, и я все больше зверел. Останься я в родительском доме на ночь, точно бы оказался у нее в постели. Где лежат запасные ключи от комнат, я прекрасно знал.

А там… Хрен бы меня кто остановил! Мое терпение давно испарилось! И ведь каждый раз заставлял себя садиться за руль и сваливать оттуда, чтобы все не испортить.

Таня расслабилась и перестала видеть во мне угрозу. Сделай я неверный шаг, и мои достижения снова скатятся к нулевой точке. Приходилось и дальше передвигаться черепашьими шагами по заминированному полю, именно так я окрестил завоевание своей супруги.

Как только семья оказалась под надежной охраной, позволил вернуться Артему.

Разрешил парню сделать один звонок, рассказать, как он счастлив, оказаться дома. Лично предупредил Артема, что если он еще раз напомнит о себе Тане, церемониться с ним не буду. Поездку на Ямал он будет вспоминать, как увеселительную прогулку.

В этом месяце мы погасили часть займов. Пусть и небольшую. А еще мы не ушли в минус. Радоваться и выдыхать еще рано, но если честно, не ждал, что удастся обойтись почти без потерь. Конечно, долгов у нас еще много, но если и дальше ничего не сорвется, за полгода выплывем.

Покоя не давала одна вещь — сообщение, которое прислали Тане. Мы так и не выяснили, кто за этим стоит. Номер был зарегистрирован во Владимире, но сообщение отправили из Москвы. Мы нашли мужика, которому принадлежал телефон. Жил он в старом доме на окраине города. Дом запущенный, впрочем, как и сам мужик. Пропил он телефон. Кому его продал, долго вспоминал. Я ему и телефон новый, и деньги и ящик водки пообещал, если он назовет имя.