Рассвет твоей нежности

Я не решился заговорить только по одной причине — сейчас меня так потряхивало от злости, что мог сорваться. Я ее не понимал. Почему закрылась? Почему так легко поверила в чужие россказни? Неужели за счастье не стоит бороться? Или я настолько безразличен ей, что легче отмахнуться от проблем и залезть в свой панцирь?

Мы не сказали друг другу ни слова. Я заметил, что руки, лежавшие на руле, изо всех сил сжимали кожаный круг. В напряженной тишине доехали до дома. Я занес Макса в спальню, оставив Таню и Светлану Максимовну с сыном, спустился в отцовский кабинет, который все чаще использовал для работы.

Но сейчас было не до нее. Стянув галстук, отбросил его в сторону, налил в стакан виски, осушил одним глотком.

Таня, зачем ты так с нами?

Я перед ней во многом виноват. Понятно, что доверие нелегко заслужить, но… Блин, так хочется полного взаимопонимания! Вся эта ситуация показала, что между нами до сих пор пропасть и Таня не готова идти мне навстречу.

Как же жжет в груди!

Дверь в ее комнату была не заперта, повернув ручку, я вошел в спальню.

Таня успела переодеться. Она стояла у окна в легком халате. Ткань сползла с одного плеча, открывая белую полоску кожу. Руки тянулись к ней. Хотелось подойти, прикоснуться губами к обнаженному участку тела. А потом? Снова недопонимание и уход от проблем? Сначала поговорим."

"— Расскажешь, что между тобой и Алиной произошло в туалете? — твердо спросил я. Таня не обернулась, продолжала смотреть в окно, но я заметил, что спина ее напряглась.

Неужели думала, я не замечу Алину, выходящую из дамской комнаты? Да я весь вечер врагов держал в поле своего зрения, контролировал каждый их шаг.

Алина смогла прошмыгнуть мимо меня только потому, что я отвлекся на Макса.

— Ничего, — тихо выдавила она из себя.

Не выдержал, подошел к ней, резко схватил за плечи и развернул к себе.

— Никогда, слышишь, никогда не смей лгать! Между нами не будет лжи, Таня! — она вскинула на меня чистый взгляд, а меня пошатнуло. Столько боли застыло в ее глазах.

Убью гадину!

Притянул к себе, крепко прижимая к груди.

Мягкими поглаживаниями старался успокоить, заббрать все переживания. Таня безвольной куклой повисла у меня на руках.

— Расскажи мне все, пожалуйста. Между нами не должно быть тайн, Таня. Вспомни все обещания, что я тебе давал и наконец-то запомни, что я не нарушу ни одного из них. Какую бы ерунду не наговорила тебе Алина, она солгала, чтобы сделать тебе больно.

— Ей это удалось, — наконец-то заговорила она.