Притяжение

Тебе что-нибудь надо привезти?

- Мои вещи… Но это, наверное, потом, вместе съездим.

- Ага. Может быть, завтра.

Амир одевался, когда у Софии зазвонил телефон. Он прислушался. Голос его женщины доносился из спальни еле слышно, и Каримов, беззвучно ступая, подошел чуть ближе.

- Привет, – говорила она на отличном английском. - Да-да, я знаю, что волновался. Извини. Я в суматохе забыла зарядить телефон.

Ненадолго Соня замолчала, видимо, слушая собеседника. Амир приблизился еще на шаг и выглянул из-за двери.

Соня стояла, облокотившись на трюмо, и озабоченно потирала висок. Одной ногой она прочно упиралась в пол, вторую, поврежденную, чуть вытянула. У нее были красивые ноги, он провел часы, лаская их и целуя. Но прямо сейчас Амиру хотелось их повыдергивать! Как она смела… как могла говорить с этим… в их доме?

- Нет, нет! – вдруг закричала она, потом заполошно оглянулась и снизила тон. - Зачем приезжать, Джек? Со мной все, и правда, в полном порядке. К тому же, я не планирую отрываться от работы.

Что? Сроки? Я не знаю… Через неделю у меня осмотр... Прилечу сразу же, как только гипс заменят лонгетой… Что? Нет! Дорман в курсе, конечно, они не слишком довольны, но выразили сочувствие и понимание…

Амир вышел из гардеробной и, что есть силы, захлопнул дверь. Соня вздрогнула, поворачивая голову на звук. Трубка, зажатая в безвольную руку, сползла вниз по шее, пока они с Амиром сплетались взглядами – Соня опомнилась далеко не сразу. Выругалась едва слышно и продолжила беседу чуть подрагивающим от напряжения голосом.

- Прости, я не расслышала, что ты сказал? Ах, скайп… Знаешь, это не слишком удобно. Я не очень хорошо выгляжу, и вообще… - бормотала невпопад, взвинченная яростью, плещущейся во взгляде Амира.

Соня еще что-то говорила, отвечала что-то, но если бы ее попросили повторить – она бы вряд ли смогла. Попрощалась с взволнованным Джеком скомканно, кое-как, и замерла, без сил опустив трубку.

Что она наделала? Зачем? В чем она хотела разобраться?! В очевидном? Она же… предала ни в чем не повинного человека.

И пусть ничего непоправимого еще не случилось, но разве не к этому все шло?

Он ведь уже однажды сломал твою жизнь, Ковалевская! Так какого же черта, Соня?! Что… ты… творишь?!

- Не смей! – раздался короткий приказ. Соня неуверенно обернулась.

- Что?

- Не смей сожалеть. Он никто! Никто для тебя.- Неправда! – тряхнула девушка головой.