Притяжение

Зажал сижку большим и указательным пальцем и поднес к ее воспаленным искусанным губам:

- Тяни…

Он думал, что ему придется проявить настойчивость и в этом. Но ничего подобного не случилось. В Соне жила потрясающая способность каждый раз его удивлять. Она чуть приподнялась, опираясь на предплечье, и, глядя в его глаза, обхватила самокрутку губами. Втянула в себя дым, задержала ненадолго дыхание и выдохнула тонкой струйкой, запрокинув голову к потолку. Её темные изогнутые ресницы затрепетали. И что-то затрепетало в его душе… У него дыхание перехватило от той чувственности, что от нее исходила.

- Не думал, что ты согласишься на травку, – хмыкнул он, заталкивая рвущиеся из глубин души чувства куда-то вглубь себя.

Соня выдохнула дым:

- На самом деле многие расслабляются именно таким образом.

- И ты?

- Нет, - засмеялась Соня, - но пробовала несколько раз. За компанию. Довольно интересный эффект. Мне понравилось. Но не до такой степени, чтобы этим злоупотреблять. А ты? Покуриваешь?

Амир отрицательно качнул головой:

- Я этим лишь в армии увлекался. Да там все - кто на чем держался. Кто водкой заливал адреналиновый выброс, кто травой, кто сексом… А кто чем покрепче закидывался.

- Ты никогда мне об этом не рассказывал, - печально улыбнулась Соня и сама потянулась губами к косяку.

- А что здесь рассказывать? Страшное время. Я попал в последнюю волну. Зацепил краем мясорубку. А люди через такое прошли… - Амир взмахнул рукой, и пепел с самокрутки осыпался прямо на пол.

Соня чуть переместилась, пальцы здоровой руки прошлись по его голому животу вбок и замерли на сморщенной звездочке старого шрама:

- Это оттуда? – тихо спросила она.

Амир сглотнул:

- Да. Было дело…

За двадцать прошедших с того времени лет многое стерлось из памяти. Но тот бой… он, наверное, никогда не забудет, хотя кошмары о нем ему уже довольно долго не снились. Уши наполнил шум артиллерии и коротких пулеметных очередей. В нос ударил запах пыли, чуть прибитой дождем, и укрывшего склоны гор кизильника.

Возвращая его в реальность, Соня сместилась чуть вниз, склонилась над ним и поцеловала давно зарубцевавшуюся рану.