Прекрасная помощница для чудовища

Возможно, более настоящий. И я хочу, чтобы ты была со мной в этой другой жизни. Нет, ты не добыча, хотя и будишь во мне охотничий азарт. И строптивая — это точно.

Домой я вернулась почти под утро. Мы почти всю ночь проболтали с Андреем о всякой ерунде. Радов хотел подвезти меня прямо к дому, но охранника на его рабочем месте не было, и шлагбаум, соответсвенно, поднять было некому. Уговорила Андрея меня не провожать, поскольку справедливо опасалась, что наше прощание возле квартиры может продлиться еще час — другой, еще и напроситься ко мне на утренний кофе мужчина может… а у меня кофе — машины нет, и вообще много чего еще отсутствует из бытовых приборов.

Зевая, захожу в подъезд и вызываю лифт — ну лень мне пешком даже на второй этаж сейчас подняться. На часах половина пятого утра.

Дверь открывается, являя мне своего пассажира. Гайне! Ничего себе!

Кажется, мой начальник тоже сильно удивился.

И выглядит босс необычно. Вместо делового, на Гайне надет спортивный серый костюм.

Мне в ладонь ткнулся мокрый нос — это меня так поприветствовал пес Виктора, оказавшийся в лифте вместе с хозяином.

— Доброе утро, Виктор Эдуардович, — первой опомнилась я.

— Здравствуйте, Валерия Николаевна, — начальник вышел из лифта, преградив мне путь в кабину. Лифт ушел.

Мужчина очень внимательно меня оглядел. Стало неудобно за свой помятый вчерашний костюм. Особенно долго Гайне разглядывал мои губы, что я даже прикусила их, и наверняка растрепанную прическу.

— Валерия Николаевна, это вы так заработались, что пришли под утро? — в голосе начальника мне слышится язвительность, и меня это задело.

— Нет, я не с работы. У меня же может быть личная жизнь и молодой человек.

— Вы с кем‑то втречаетесь? — Гайне реально удивился.

— Да. А что?

Виктор помолчал.

— Нет, ничего, — босс меня обошел, правда, напоследок холодно кинул, — Надеюсь, вы помните, что сегодня на работе должны быть к половине восьмого?

— Конечно.

После встречи с Виктором меня охватили странные чувства. Словно меня муж на горячем застукал.

От последней мысли стало почему‑то обидно.

Дома рухнула на свой матрас как подкошенная. Все здорово, но выспаться и отдохнуть я бы не против.

Вопреки последней мысли, заснуть не могу.