Право первой ночи. Жар трёх сердец

Чем дольше он рядом, тем спокойнее я становлюсь, а бушующее внутри меня пламя стихает до ровного горения.

Но ровно до момента, когда я, подняв голову у алтаря, встречаюсь взглядом с Эдхаром. Мужчина смотрит на меня так, будто хочет убить… Или просто хочет. Его осунувшееся лицо ещё сильнее белеет, на шее дёргается кадык, а изгиб губ становится жёстким. Сердце моё тут же совершает кульбит, пальцы впиваются в ткань рукава Леораса, а ноги будто прирастают к земле.

Почему ваннор стоит на месте жреца? Что он задумал? Неужели Сиель была права, и маг решил забрать меня в Зивер? Едва дыша, я сражаюсь с паникой.

Глава 15

Сиель рассказывала, что в мужчинах силён охотничий инстинкт. Мол, чем дольше они добиваются желаемого, тем настойчивее преследуют добычу. У меня не было намерения дразнить ваннора — это всё равно что играть с голодным зверем. Но так получилось, что первая ночь прервалась из-за донесения, и вторая не принесла Эдхару удовлетворения.

Поэтому сейчас я читаю в чёрных глазах жажду? Ответа знать не хочу, меня трясёт даже от предположения. Мужчина отступил по моей просьбе, хотя до этого заявлял, что никому не отдаст своё. Он согласился короновать Леораса, и сделает это. По закону Зивера король либо ваннор может проводить церемонию, если пожелает… Это считается честью.

Но не для меня.

Потому что в этом случае Алианор становится одним из небольших королевств в подчинении Ледяного короля.

Эдхар будет вправе забрать жену вассала себе в наложницы.

Неужели я в ловушке?

В ужасе смотрю на мужа, лицо которого приобретает смертельную бледность. Конечно, Леорас всё это понимает.

— Я благодарен за то, что ты решил посетить церемонию, — сжимая моё запястье так, что ноет рука, цедит слова будущий король Алианора.

"— Нет надобности. — Ваннор разбивает вдребезги его попытку взять ситуацию в свои руки.

Показывая, кто здесь главный, отсылает воина взглядом. Шеспиан с коротким поклоном отходит к дверям и встаёт на страже. Никто не войдёт в храм и не выйдет из него. Я начинаю дрожать, но осторожно высвобождаю кисть из хватки мужа. Делаю шаг к Эдхару и склоняюсь перед ваннором в глубоком реверансе.