Последний сантехник

Литератор перечитал анкету с начала. В его талантливых руках справка о доходах превратилась в синопсис романа. Перед читателем разворачивалась история тяжёлого невроза. Рефлексии героя напоминали позднего Уэльбека. По обилию лишних деталей было ясно – герой лжёт себе и банку. Он либо мерзавец, либо сбрендил и галлюцинирует невестами. В отчаянии автор вписал последнюю строку, ироническую. Он уже смирился с реноме идиота и хотел лишь оставить людям надежду на иные формы жизни в сексе. Финальный текст был таков:

«…Я не женат, но собираюсь.

Кредитная комиссия признала это заявление лучшим в истории банка. Ссуду утвердили. Работники просились на свадьбу всем отделом. Но литератор включил внутреннего засранца и не пригласил этих добрых кредиторов.

Сентиментальное. Про сны

Даше снится иногда, будто я ей изменяю. Только в её снах мне удаётся ещё побыть негодяем. Я давно не тот… какие измены?! Даже с кошками приходится любезничать. Даша говорит – в том-то и дело! И так гремит утренней сковородой, что страшно войти на кухню.

Когда мы встретились, Даша представилась почти девицей. У красивых женщин своя шкала невинности и отдельная терминология.

* * *Дашины истории любви похожи на фантастическую сагу. Некий богач подарил ей «лексус». Другой мужчина, поэт, с утра тащился через весь город, чтобы сунуть розу в ручку «лексуса» и сбежать. Враг поэта – композитор привёз бриллиант из Индии. Когда мы только познакомились, я не знал всех этих подробностей, подарил мешок мандаринов. Добрая Даша сказала, они бесподобны.

* * *Красивые люди – отдельная раса. Они милы и снисходительны. Мы приписываем им пороки, чтобы оправдаться за свои дурные характеры, соответствующие нашим кривым мордам. Неправильные черты даны нам как полоски пчёлам, в предостережение. Клыки, три вертикальных брови, член на лбу как бы намекают: у собеседника злой нрав, лучше на нём не жениться. А красивые почти всегда и хорошие. По моим наблюдениям. Так думал я и всё равно не доверял красивой Даше.