Попаданка для черного дракона

– Мне многие говорили это, даже сам Арвин, – грустно усмехнулся Данис.

– Самокритично, – фыркнула я ему между лопаток, заставив поежиться.

Данис развернулся в кольце рук, убрал волосы от моего лица, заглянул в глаза.

– Я могу рассказать обо всем Керушу, он поймет. Он давно ищет себе подходящую невесту.

– Если бы у вас тут были возможны фиктивные браки и разводы…

Пришлось, правда, пояснить, что я имею в виду. Брови Даниса удивленно поползли вверх.

– Нет, наши браки закрепляет сама Богиня. Они нерасторжимы, и благодаря этому невеста разделяет срок жизни своего супруга.

– Тогда обойдемся без Керуша, – вздохнула я."

"Вечер прошел почти по-семейному: мы вместе сходили на рынок, а потом приготовили ужин. Данис даже пытался помогать и сумел почистить картошку, хоть делал это впервые в жизни. Расстались мы в уже совсем неприличное время и долго целовались в прихожей, пока очередное язвительное замечание граара не заставило-таки нас разойтись. Кажется, этот кошак решил стоять на страже моей нравственности.

На работу на следующий день я летела окрыленная новой надеждой. Хотелось верить, что Данису удастся договориться с Арвином, чтобы тот просто разорвал противный контракт.

Как всегда, утро в кондитерской начиналось с привычной рутины: подготовить рабочие места, нарезать-натереть-намешать ингредиенты для будущей продукции. Поэтому первыми приходили кухонные работники, а официантки появлялись позже, чтобы подготовить зал. Я как раз относила первую партию свежих конфет в кладовку для быстрейшего остывания, когда столкнулась в прихожей с Клодиной.

– Доброе утро! – радостно поприветствовала я ее с подносом наперевес.

Она слабо кивнула в ответ, снимая жакет и надевая форменный фартук. Выглядела девушка бледновато, и, кажется, нос немного покраснел… Но, может, это из-за утренней прохлады. Оставив поднос в кладовке, я уже собралась вернуться на кухню, но замерла по дороге, увидев, как она надевает форменный чепец. Чтобы убрать волосы, Клодина подняла руки, и рукав ее платья немного задрался, обнажая на запястье правой руки серебряный браслет.

– Что это?! – ахнула я.