Поместье с привидениями

 – Если папа просит сделать что-то, с чем я не согласна, то я сразу так и говорю и обещать ничего не буду. А уж если пообещала, то слово свое сдержу всегда. Это базовый принцип, на котором строится репутация.

В общем и целом Глафира была с этим согласна.

– И что ты будешь делать? – с любопытством спросила она, наблюдая, как Тася с удобством располагается на кровати, по-турецки поджав ноги, и открывает крышку ноутбука.

– Искать информацию о фирме «Ника», которую когда-то, сто лет назад, учредили Алексей Тобольцев и его партнер, про которого мы знаем только то, что его зовут дядя Коля.

Пальцы Таисии летали над клавишами, те постанывали, щелк, щелк. Глафира присела рядом и затихла, не мешая работать. Ей казалось, что раздобыть в Сети информацию о фирме, созданной больше тридцати лет назад и давно уже закрытой, невозможно. Или она так считает, потому что не умеет работать с базами данных профессионально? Минут десять ничего не происходило, просто лицо Таисии становилось все более сосредоточенным, она даже губу закусила в своем сыщицком азарте.

– Так, готово, – сказала она и ловко вывела на экран какой-то текст. – Смотри. Фирму «Ника» в 1994 году зарегистрировали Алексей Тобольцев и Николай Бабушкин.

– Как в девяносто четвертом? – не поняла Глафира. – Светлана говорила, что этот самый дядя Коля был компаньоном и другом ее отца, когда она еще была ребенком. А это было никак не в середине девяностых.

– Правильно, – согласилась Тася. – Они оба в советское время вместе работали в облисполкоме.

– Странно, что его карьера не пострадала.

– А она и пострадала, – безмятежно сообщила Тася. – Ему пришлось уволиться из облисполкома, но какая-то у него была волосатая лапа в Москве, по крайней мере, они с Инессой на какое-то время переехали в столицу, и он устроился на работу во Внешторг.

– Ничего себе.

– Ага. На какое-то время его пути с Бабушкиным разошлись, но в девяностые годы Тобольцев, умело чувствующий конъюнктуру, пошел в бизнес.