Поместье с привидениями

Но Глафиру топила не она, а значит, и все остальное вполне могло быть правдой.

– Северцеву тоже пытались убить, – сообщил он, внимательно наблюдая за реакцией.

Наталья отняла руки от лица и снова требовательно уставилась ему в лицо.

– Господи, а ее-то за что?

– Они со Светланой разговаривали в беседке, после чего Глафира вернулась в дом, оставив Тобольцеву одну. Спустя несколько минут Светлану зарезали, а вернувшуюся в дом Глафиру пытались утопить в ванне. И человек, напавший на нее, был в таком же дождевике.

– Это не я, – дрожащим голосом пролепетала Наталья.

– Да верю я, верю, – с досадой сказал Глеб. Объяснять про длинные ногти не хотелось, да и времени на это не было. – Наташа, вы, когда гуляли, ничего не видели или не слышали?

Лаврецкая ненадолго задумалась.

– К беседке я не подходила. И к пирсу тоже. Сами понимаете, мне было страшно туда идти после того… После того, что случилось. Я прошла к березовой роще, а потом углубилась в лес.

Глеб насторожился.

– И кто это был?

– Господь с вами, я их не различаю. Просто мужчина в рабочем комбинезоне. Я обратила на него внимание, потому что он улыбался. Все в этот проклятый день ходят мрачными, а он засунул в рот печенье и засмеялся.

– Наташа, – голос Глеба был мягок, но убедителен. – Я вам обещаю, что в вашей семье в самое ближайшее время все наладится.

Она посмотрела на него печально, но без гнева.

– Откуда вам-то знать?

– Оттуда, что я намерен жениться на писательнице Северцевой.

– Что-о-о-о? А она тоже собирается за вас замуж?

– Она еще пока об этом не знает, но, как только я тут со всем разберусь, так сразу же начну посвящать ее в тонкости своего плана.

Наталья грустно улыбнулась и начала стягивать с плеч дождевик.

– В вашей самонадеянности есть что-то притягательное. Вы так уверены, что сумеете перебить в этой писательской голове светлый образ моего мужа?

– Убежден. Хотя бы потому, что я лучше вашего мужа, уж простите.

– Прощаю. Каждому свое.