Свободные отношения

Как-то не так все, неправильно.

Правда, когда выхожу из душа, Варя все-таки отрывается от книги и греет мне ужин. Я хоть и сытый, но молчу, потому что ее забота приятна. Греет изнутри, когда вижу, как она суетится, накрывает на стол, интересуется чего мне еще положить.

Мне ничего не надо, просто хочется, чтобы она посидела рядом, но Варвара, закончив с сервировкой сбегает, чтобы вновь нырнуть в книгу, а я остаюсь на кухне один и кусок в горло не лезет.

Уже ночью, когда ложимся спать, задаю вопрос, не дающий покоя:

— Варь, все хорошо?

— Да, — удивленно отвечает она, — почему ты спрашиваешь?

— Не знаю, — жму плечами.

— Обычная, — произносит убежденно.

— Я когда пришел, ты даже не порадовалась, — ворчу, как обиженный маленький мальчик.

— Почему это? Очень порадовалась. Просто я уже настроилась, что тебя не будет полночи, вот и все, — пожимает плечиками.

«Вот и все» — эхом звучит в голове, но я отмахиваюсь и продолжаю допрос:

— Что даже не поревела, когда ушел?

— Хм, — она удивленно хмыкнула, — даже желания не было пореветь. Я книгу интересую купила.

— Вот видишь. Эффект есть, — произношу многозначительного, — я же говорил, что со временем все наладится.

— Возможно, ты прав. Мне уже легче. И я уверена, со временем справлюсь со своими проблемами, — в глазах решимость сверкнула.

— Конечно, справишься.

Кто-нибудь может объяснить, почему вместо удовлетворенности результатами, я испытываю какую-то иррациональную досаду? Все идет, как я хотел, Варька становится сильнее.

Я не понимаю.

«А я говорил, я предупреждал, — нашептывает проклятый голос — не надо было этого делать. Не надо бы таких игр затевать.»

Я привык побеждать. Даже в споре с самим собой. Так что, все правильно я сделал. Все.

И дальше продолжу в том же духе!

***Как выяснилось чуть позже желание продолжать угасло. Вот честно не хотелось никаких однодневок, никаких приключений и разнообразия. Хотелось просто приходить домой и знать, что тебя ждут. Не заметно для самого себя настолько погрузился в Варьку, что никого важнее просто не было.

Но извращенная гордость, нежелание признать, что такой распи*датый я взял и налажал, не давало остановиться и признать свои ошибки.