Чайлдфри

И пусть «Саламандра» не была королевским дворцом, купленные на распродаже туфли никак не тянули на хрустальные, да и Клим оказался далеко не принцем. Зато любовь была настоящей. Катя расстегнула чехол и в восторге прижала ладошки к щекам.

* * *Она не стала спускаться лифтом, пошла по лестнице. Клим стоял спиной и смотрел на море, и Катя не стала его окликать. Зачем лишать себя удовольствия увидеть на его лице чувство гордости, смешанное с восхищением? Вот как сейчас, когда он обернулся и замер, глядя, как она спускается к нему по ступенькам.

Отмер, когда она почти уже подошла. И сглотнул несколько раз.

— Какая же у меня красивая жена...

— Не у тебя, у Саши Климова,  — улыбнулась, протягивая руку.

— Пусть у него,  — согласился Клим, он сейчас готов был согласиться на что угодно.  — А за меня пойдешь? За Клима Аверина?

— Двоемужество запрещено законом,  — засмеялась Катя, так ей нравилось, как он на нее смотрел, стоя ступенькой ниже.  — Мне нужен только один муж!

— Тогда выбирай,  — он придвинулся ближе.

— Ты,  — сказала она, и Клим поравнялся с ней, снова сглотнув. Ей самой мешал говорить подкативший к горлу тугой комок.  — Мне все равно, кто, но чтобы это был ты.

— Я уже звал тебя замуж,  — сказал муж,  — и ты уже моя жена. Но я могу попросить тебя остаться моей женой?

— Проси,  — сказала Катя, отчаянно хлопая ресницами в тщетной надежде, что они высушат подступившие слезы. Она же рада и счастлива, к чему они?

— Катенька,  — хрипло сказал Клим, приближаясь совсем вплотную,  — останься за мной замужем.

— И в горе, и в радости,  — шепотом сказала Катя, прижавшись лбом к колючему подбородку.  — Я тебя тоже очень люблю, Клим. Я согласна.

Они стояли, обнявшись, море шумело за спиной, а Катя не верила, что это возможно, быть настолько счастливой. И что это оказалось так легко.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Поедешь со мной в новую жизнь?  — потерся муж подбородком о ее висок, взлохматив уложенные локоны.

— Только не на вертолете,  — взмолилась Катя. Он покачал головой, улыбнулся и поцеловал ее.

— Нет. На яхте. Диего очень старался и приготовил тебе гаспаччо и осьминогов.

— Я предлагаю начать с десерта,  — сказала она мужу на ухо, прихватив губами мочку, когда он поднял ее на руки и понес к причалу.

— Я думал, ты проголодалась с дороги,  — усмехнулся он, поймав ее губы своими,  — но если нет, конечно, сразу десерт.