Помещицы из будущего

Как только Захар мужиков поставит усадьбу сторожить, незамеченными нам выйти не удастся!

- Достать смогу, – Ванька оглядел нас хитрым взглядом и шмыгнул веснушчатым носом. – Клянитесь, что меня с собой в табор возьмете! Страсть хочу цыганского медведя увидеть! Говорят, он пляшет под музыку, а еще носит жилет расшитый и портки!

- Нет! – отрезала я. – Ты не можешь с нами идти!

- Тогда одежу сами ищите, - мальчишка показал нам язык и отскочил в сторону. – Вот так вот.

- Я кому говорю! – рявкнула я, надвигаясь на него.

- Меня даже Степан поймать не может, а вы и подавно не поймаете! – маленький засранец весело закрутился на одной пятке и отскочил еще дальше. – Шустры-ы-ы-й я-я-я!

- Ну, зараза… - Танька тяжело вздохнула, обреченно глядя на меня. – Придется брать. Иначе не уговорим."

"- Ладно, пойдешь с нами, - все-таки согласилась я, и Ванька радостно подбежал к нам.

- Опосля завтрака приходите в конец огорода! Я вас там буду ждать!

Он умчался, отсвечивая грязными пятками, а мы рассмеялись.

Вернувшись домой, мы первым делом отправились проведать нашего ночного гостя и застали его в практически добром здравии. Головин выглядел бледным, под его глазами залегли темные круги, но он уже приветливо улыбался, глядя на нас. Его одежда была вычищена и отутюжена.

- Доброе утро, Павел Михайлович, - поздоровалась я, отмечая, что даже после приступа он не растерял своей зрелой привлекательности. – Как вы себя чувствуете?

- Вашими молитвами, мои дорогие спасительницы, - ответил мужчина, поправляя лацканы сюртука.

- Это нужно Захара благодарить, – Таня внимательно наблюдала за ним, словно при свете дня можно было разглядеть то, что скрывала темнота ночи. – Он вас нашел и привез сюда.

- Несомненно. Я обязательно отблагодарю этого человека, - согласился Головин. – Он не будет обижен.

Ну, это мне показалось довольно благородным с его стороны.

- Я слышал, что барыня Потоцкая в попечители к вам метит? – вдруг спросил мужчина, будто прочитав мои мысли. – Так ли это?

- Нам никто об этом официально не заявлял, но мы тоже наслышаны о ее стремлениях сделать нашу жизнь прекраснее, - насмешливо ответила я. – Вот только нас никто не спрашивает, хотим ли мы этого.

- А никто и не спросит.