Помещицы из будущего

– Чудесная новость!

- Да уж… ваша сестра была очень настойчива, - мужчина тепло взглянул на меня. – И мне пришлось подчиниться. Потому что я не привык спорить с женщинами.

- Почему же? – шутливо возмутилась Таня.

- Зачем же? – так же шутливо парировал Головин. – Я привык сообщать свои доводы, потом выслушивать аргументы, после чего принимать решение. Аргументы Елизаветы одержали победу над моими доводами.

- Шутите? – Таня прищурилась. – Это хорошо. Значит, ваше самочувствие действительно улучшилось.

- Скажите, Павел Михайлович, перед последним приступом вы не трудились физически? Может, поднимали какие-то тяжести или делали резкие движения? – спросила я, и он, конечно, очень удивился.

- Ну-у-у… скажем так… Резкие движения я действительно делал, но причем тут мой сердечный приступ?

- Вы почувствовали резкую боль именно в момент этих движений? – подключилась Таня, и мужчина медленно кивнул.

- Да, именно так все и было. Но почему вас это интересует?

- Просто хотим знать, чего вам стоит избегать, - я не стала посвящать его в наши размышления, чтобы зря не обнадеживать человека.

- Мне уже так надоело беречь себя… Просто хочется жить обычной жизнью, - грустно ответил Головин. – Но все же благодарю вас за столь трогательную заботу, барышни.

Я перевела тему разговора с его болезни на цыган, и он с интересом выслушал, как рома обустраиваются на наших землях.

- Оседлые цыгане могут приносить вам неплохую прибыль. Пусть некоторые из них погибли при пожаре, но в таборе остались молодые люди, которые будут создавать семьи.

После того как мы выпили свой чай, он предупредил слуг, что отправляется в «Темные воды», пообещав наведываться как можно чаще. С собой он взял некоторые вещи и, конечно же, своего камердинера.

Обратно мы поехали на его удобной коляске, а Захар повез вещи и слугу Головина. Погода стояла шикарная. Было тепло, на небе за все время не появилось ни единой тучки, пахло скошенной травой, дорожной пылью и какими-то лесными цветами.