Подкидыш для депутата. Выбор сердца

Бабник Щукин! Семью! Со мной, невзрачной ледышкой!

Безумие какое-то!

— Оборудуем Машеньке нормальную детскую в смежной комнате. Со всякими девчачьими фишками, — продолжает разрывать мое сердце на части. — Всю ерунду про энергетические потоки и фен шуй ты ведь выдумала тогда? — усмехается, проводя тыльной стороной ладони по моей скуле.

Виновато улыбаюсь, закусив губу, и киваю. От моего вполне невинного жеста в медовых глазах Димы мгновенно вспыхивает пламя. Понимаю, что короткий перерыв на «деловые переговоры» окончен.

Охотно принимаю жадные поцелуи мужа, открываясь его ласкам. Сегодня я не собираюсь бороться с собой. Но чем больше покоряюсь умелому напору Димы, тем отчетливее понимаю, что уходить от него будет невыносимо больно.

Сгораю в руках лже-мужа. Без остатка. Внимаю его ласковым нашептываниям, откликаюсь на каждое прикосновение. Наслаждаюсь головокружительной близостью. Сегодня у нас с Димой все иначе, трепетнее и нежнее. Словно я и правда дорога ему…

Когда все заканчивается, я чувствую, как по моим щекам стекают слезы.

— Я ошиблась, Дим, — сиплю, пряча лицо."

"«И когда ты узнаешь обо всем, то возненавидишь меня», — добавляю мысленно.

— Мне нужно кое-что тебе рассказать, — выдыхаю рвано.

Последние слова тонут в громкой трели мобильного. Дима с трудом находит телефон среди вороха разбросанной одежды и незамедлительно отвечает, успевая лишь послать мне извиняющийся взгляд.

Резко садится на постели, а я следую его примеру, при этом кутаясь в простынь.

— Так, Олег, — чеканит настолько строго, что я вздрагиваю. — Никаких комментариев, никакой информации! Жди, я пришлю юристов. У них все равно нет доказательств. — делает паузу. — Что у них есть? — ревет диким медведем, но, покосившись на меня, смягчает тон.

Впервые вижу Диму в экстренной ситуации. Он словно каменная глыба, несокрушимая. Но так ли это на самом деле?

Сижу тихо, как мышка. Боюсь привлечь к себе лишнее внимание. И жутко нервничаю.

— И органы, и пресса? — Дима встает с кровати и одевается впопыхах. — Ну, полный… — осекается и кашляет в трубку. — В смысле, Светлов дает комментарий? — рычит злобно. — Заткни его! Как хочешь.