Под боссом

Серова похоже на унылую маску из папье-маше, то при виде меня оно становится унылой маской из папье-маше с раздувающимися ноздрями. Интересно, сколько ей лет? Навскидку от двадцати до пятидесяти.

— Его нет, — сухо изрыгает она и вновь впивается глазами в экран.

— А во сколько будет, не подскажешь? — кровожадно топлю ее в сиропе из настойчивости и вежливости.

— Не подскажу.

Влюблена она, что ли, в него? Да нет, исключено. Она явно по кошкам.

Долго долбиться в закрытую дверь — это не про меня, поэтому я оставляю Лену и дальше раздувать ноздри, а сама иду к кабинету Серова.

Лена возмущенно верещит за моей спиной, что что я не имею права без разрешения вламываться в преисподнюю ее господина, но моей расторопности хватает на то, чтобы положить на стол отчет, из-за которого мне и моей кофемашине пришлось изрядно потеть до утра.

— Я сказала, выйди из его кабинета! — слышится раздражающее шипение из дверей.

Я поднимаю вверх указательный палец, призывая любительницу кошек ненадолго заткнуться, потому что в этот момент мой взгляд выхватывает фотографию, стоящую рядом с ноутбуком. Я всегда полагала, что на ней изображен полуголый Люцифер в обнимку с какими-нибудь эффектными 120-50-90, а на деле это снимок темноволосого парня его возраста. Без сомнения, это Владислав Серов — тот же разрез глаз, те же черные волосы, губы… Ммм… На губы природа не столь расщедрилась как в случае с его младшим братом.

Движение в дверях заставляет меня поднять взгляд и замереть со фотографией в руке. «Тикай, Саня, тобi пiзда!» — раздается в голове голосом моей подруги Вики, переехавшей в Нью-Йорк из Киева. На пороге, сверкая отглаженной белизной рубашки и недовольством, стоит Люцифер.

— Я пыталась ее задержать, — поднывает Лена, старательно раздувая ноздри. — Она не стала слушать.

Snitch (стукачка - перевод с англ. прим. автора)

— Можешь идти, Лена, — холодно роняет Серов, беря меня в фокус.

— Что ты забыла у меня в кабинете?

— Отчет, — я осторожно возвращаю на стол рамку и трясу тремя выстраданными листами формата А4. — Вы сказали, что в девять они должны лежать у вас на столе. На часах девять, я не была уверена, что вы появитесь…

— Я всегда прихожу в офис, — перебивает Серов, направляясь к столу.