Пиявка голубых кровей

И опять новость принес управляющий, еще он предупредил:

– Ксения Петровна покончила с собой, не смогла жить без Аллы, но для посторонних она скоропостижно умерла от онкозаболевания."

"После этого мы с отцом вообще не общались. Лед в отношениях разбил мой муж Клод. Я называю супруга так, но у него еще несколько имен в паспорте есть. Для французов это обычное дело. Клод из известной семьи, очень дружной. Когда родился Стефан и мы решили его крестить, супруг сказал: «Хочу видеть тестя на празднике». И пригласил моего папу.

Я была уверена, что отец не приедет, но он прилетел и был удивлен. Дочь, на которую он не обращал внимания, оказалась мировой звездой. Платье мне для торжественного события сшил и подарил один великий модельер. Среди гостей были одни звезды. Прессы тьма. Телевидение вело прямой репортаж. У родителей жениха замок, немереные га виноградников. Сам Клод неприлично богат. Все это произвело на отца сильное впечатление. Перед его отлетом в Москву мы с ним впервые поговорили по душам. Папа попросил у меня прощения, я извинилась за то, что в детстве избегала его. Отношения наладились. Сейчас Михаил Львович лучший отец и дедушка. Внук только и ждет, когда полетит в Англию в его поместье. Дед мальчика обожает. Но я вернусь в тот день, когда мы с папой подружились. Я повзрослела и стала счастливой. А счастье делает человека спокойным и толерантным.

Глава 28

Марго отвернулась к окну. Я молчала. Прошло несколько тягостных минут, прежде чем она решила возобновить разговор.

– Клод нашел тестя в Англии.

Оказалось, что Михаил Львович покинул Россию, живет уединенно в большом поместье, не собирается возвращаться на родину. Беседа у нас с ним была для меня шокирующей. То, что Вера замешана в смерти Аллы, отец понял в тот момент, когда ему показали крестик на витой разорванной цепочке. Он принадлежал Вере. Не младшей девочке, как решили дознаватели. Алла отказалась ходить с крестом, из чистой вредности сняла его и на глазах у мамы швырнула в окно. А Вера покорно ходила с символом веры на шее. Папа вернулся домой в ужасе. Он устроил допрос всей прислуге, и одна горничная, уж не помню кто, рассказала ему, что видела, как Вера уносит из чулана сумку, которую выудили из реки. Прислуга, естественно, не стала задавать вопросов Вере. А девочка ее не видела.

Папа поговорил с Верой. Потом приехали две женщины, они увезли Веру в особый интернат. Изложив эту историю, отец очень спокойно, слишком спокойно, сказал мне:

– Марго! Ты моя единственная дочь.