Пари на дракона. Истинные сердца (СИ)

—  Думаете? — наконец-то выдаёт она.

В её голосе испуг намешан с робкой надеждой.

Понимаю, к чему это всё ведёт. Моя маленькая альва только что получила новый ориентир. Ночью она говорила, что раньше у неё была чёткая цель в жизни, а сейчас она в замешательстве и не знает, куда двигаться. Что ж, похоже, Шестёрка альвийских богов поспешила дать ответ их драгоценной альве Жизни.

—  Знаю. — Старла кивает с мягкой улыбкой. — К тому же…

—  Мы обсудим это позже, — перебивает Фармейт отец. — Сразу после свадьбы Рейва и Кары.

—  Какому плану? — в один голос спрашиваем мы с Армом и Карой.

—  По нашему плану. У нас нет времени вам всё разжёвывать. — обрывает дальнейшие разговоры Кайрис. Окатывает нас предостерегающим взглядом, а затем сосредотачивается на отце.

—  Лорд Греаз, Ильке готов к переброске.

—  Отлично. — Отец кивает ему, а я понимаю, что ничего не понимаю. Как и моя Кара.

—  К какой переброске? — спрашивает она.

В её голосе звучит тревога, заставляющая зверя внутри недовольно рычать.

—  Леди Арлея забирает сына в их с мужем поместье, — спокойно отвечает отец. Он не смотрит на Кару, а почему-то только на меня.

—  А когда об этом собирались сказать мне? — злится Кара.

Она будто бы совсем меня не чувствует. Не понимает, что её беспокойство о бывшем женихе лезвиями ревности проходится по моей душе.

—  А с чего тебя вообще должны были ставить в известность? — срываюсь я.

В гневе смотрю на жену и встречаю полный непонимания взгляд.

—  С каких это пор тебя так волнует будущее твоего бывшего? Запасной вариант организовываешь?

Вместо ответа, Кара в шоке выдёргивает ладонь из моей хватки и отходит в сторону. Смотрит так обиженно, что я резко прихожу в себя. Тут же сердце топит в сожалении и вине.

—  Я интересуюсь, потому что Ильке не чужой мне человек, — наконец-то произносит Кара.

—  Ты бы понимал, если бы любил кого-то до меня. Я же не ревную тебя к твоему прошлому.

Не давая мне возможности ответить, она отходит к Ривейле и девочкам. А я становлюсь центром осуждающих взглядов.

—  Отойдём-ка, сын, — коротко бросает отец, кивком приглашая меня в кабинет главного лекаря. — Поговорим наедине.

Молча следую за ним. Ни на кого не смотрю.