Падшая в академии. Крылья для беглянки

Смогла! Только не разревись…».

Боль притупилась, будто начала уходить под действием ярости. Спина словно онемела. Гулко выдохнув, я вытянула кляп изо рта, развернулась к Доросу. И осеклась под действием его злого взгляда. В нём пылал алый огонь, такой же мощный, как в моей душе.

– Молодец, – обронил он.

Мне стоило его поблагодарить, но я злилась, хотела ударить в ответ, наорать. Моего самообладания хватило лишь на то, чтобы кивнуть и на дрожащих ногах двинуться к своим вещам. Делия стояла ко мне спиной. Кровь уже остановилась.

– Кассия, – позвал легат.

Я нехотя обернулась. А он бросил мне такой же флакон. Я поймала его на рефлексах, стиснула в руке до хруста в пальцах. Лиф соскользнул, обнажая груди. Но теперь я понимала Делию, на наготу было плевать. Доросу тоже. Он смотрел в мои глаза. Злился. Понять бы, на что.

***

– Касс, ты как? – Айлин встретила меня на пороге нашей общей комнаты.

– Жива, – процедила я сквозь стиснутые зубы.

Уже успела направить заклинания остановки крови и обезболивания, но всё ещё бессмысленно бесилась и тряслась от перенапряжения.

Брр…

Не знаю, смогу ли сплести крылья раньше других легатов, но я должна сделать всё, чтобы он проиграл соревнование. Уж лучше Никос. Хотя нет… Актеон. К своему стыду, я вдруг поняла, что почти не обратила внимания на его внешность. Да и Никос запомнился не особо ярко.

– Намажешь мне спину мазью? – поморщившись, я передала подруге мазь.

Эвокат Вазилис, когда я подошла поблагодарить его за снисходительное отношение, посоветовал нанести её быстрее, если хочу избежать шрамов. Это он вовремя, конечно, предупредил, иначе подарок Дороса сразу же полетел бы в урну с мусором.

– Конечно! – с готовностью отозвалась Айлин.

Она помогла мне избавиться от одежды, повздыхала над ранами и бережно их обработала, после чего потащила мои лиф, рубашку и мундир в стирку.

– Кровь не успела засохнуть, легко отстирывается, – объявила подруга из душевой.

На глазах навернулись слёзы. У меня есть только она, но и её скоро не будет. После всего случившегося я была готова разрыдаться, потому, схватив новый шаблон, поспешила покинуть кровать и переползла на годрис.