Падшая в академии. Крылья для беглянки

Я сердито выдохнула, торопливо расстегнула их. Белоснежная ткань легла поверх кучи вещей. Остался только лиф. И мне не удалось подавить желание прикрыть груди.

– К стене, – Дорос с силой водил рукой по кожаной поверхности кнута, будто нагревая его.

И на меня он всё же посмотрел. Взгляд обжёг пламенем.

Вспомнился день нашей первой встречи…

На неверных ногах я прошла к стене, повернулась к нему спиной и расстегнула лиф. И только когда увидела, как Делия зажала кляп, сама о нём вспомнила. Пришлось, снова прикрывая грудь, метнуться к вещам.

Я вновь повернулась к нему спиной, положила похолодевшие руки на шершавый камень стены, зажмурилась, сжала кляп зубами. Мелькнул свист кнута, прервавший стук моего сердца. Делия тихо вздохнула. Новый удар. В ушах зазвенело. Я вздрогнула вместе с девушкой. И принялась отсчитывать удары до конца. До перехода ко мне…

– Молодец, – коснулся слуха голос Дороса, и я чуть не вскрикнула от контраста похвалы и ужаса происходящего.

– Спасибо за оказанную честь, – быстро вытянув кляп, Делия развернулась к нему и отсалютовала, преданно заглядывая в глаза хмурого легата.

Голос её дрожал, в уголках глаз блестели слёзы. Одежда была готова соскользнуть в любой момент, но она этого не замечала.

– Ты молодец, – повторил он и вытянул из поясной сумки плоский флакон. – Намажь спину.

– Спасибо, – выдохнула она почти радостно, аккуратно забирая подарок.

Дорос кивнул, провёл белой тряпицей по кнуту. Ткань окрасилась в алый.

– Выдыхай на ударах, – подсказал Дорос, приблизившись ко мне, и отодвинул ткань лифа в сторону.

Горячее прикосновение пронеслось ошеломлением в мыслях. Следом раздался свист кнута. Удар. Выдох. Боль.

«Один», – произнесла про себя.

Я стиснула кляп до хруста, впилась ногтями в камень стены. Бешеный стук сердца оглушил.

Новый удар. Горячая струйка побежала по коже. Холод сменился жаром.

«Два».

Свист кнута. На глазах навернулись слёзы, но я не моргала, смотрела широко распахнутыми глазами перед собой.

«Три».

Ошеломление сменилось злостью. Кажется, ещё немного, и кляп не выдержит, просто лопнет в моём рту от напряжения.

«Четыре. Держись, Кассия, ты справишься. Тебя не сломят»."

"Последний громкий свист. Кнут обжёг лопатку. Ещё одна струйка крови побежала по пылающей коже. Я вся горела, плавилась изнутри от обуревающих меня эмоций.

«Пять.