Отец по ошибке

Растерянность. Неверие. Я моргаю несколько раз, считая, что это просто мираж, что человек как две капли похож на другого, но это не так. Это он. Чернов. Отец моего ребёнка. Настоящий. В одном доме со мной, на расстоянии вытянутой руки.

Этого просто не может быть.

Невозможно.

Кислорода в легких не хватает. Коленки подкашиваются. Я неверяще смотрю на мужчину. Он на меня. Потом переводит взгляд на Тимура, я же прижимаю к себе ребенка в защитном жесте. Его глаза расширяются. Моргает несколько раз.

— Что-то не так? Тебе плохо? Почему ты не заходишь в лифт? — спрашивает Дмитриев, который не видит, что в лифте есть ещё кто-то.

 Я наконец-то отмираю. Растерянно поворачиваю голову в его сторону. Одной рукой он держит коляску, второй прижимает к себе мои розы. Выглядит взволнованным и таким неповторимым. Я чувствую, что, возможно, между нами уже ничего не будет как прежде. Не после этой встречи с моим прошлым.

— Ира? Господи, где ты была? Я чуть с ума не сошел! А это… это наш сын? — доносится голос из лифта, и Максим делает шаг вперед.

Останавливается так близко от меня, что я могу почувствовать аромат его парфюма, который возвращает в прошлое, накрывая меня ностальгией.

— М-максим? — все, что могу выдавить из себя. Краем глаза замечаю изумление на лице Дмитриева.

— Ирочка, милая моя, я же думал, с тобой что-то случилось. Искал везде…

— Ты, я так понимаю, тот самый сбежавший женишок? — хмыкает сбоку мужчина, не давая Чернову договорить.

— А ты кто еще такой? — зло бросает тот, внимательно рассматривая его в ответ.

— Никто. Ира, идем, — подталкивает меня к лифту Максим.

— Э-э-э, мужик, стоп-стоп. Это моя невеста и мой сын. Так что это ты здесь никто. Спасибо, что помог с коляской, а теперь можешь идти. Мы сами разберёмся.

Они смотрят друг на друга с яростью в глазах, и клянусь, еще минута — и устроят драку.

— Вы оба — замолчите! — не выдерживаю я. — Никто никуда не пойдет, пока мы не выясним, какого черта ты, Максим, отправил меня в чужую квартиру?! И где пропадал все это время?"

"— Пойдем домой, я не собираюсь объясняться при чужих.

Это во-первых. А во-вторых — это ты куда пропала? Цветочный твой закрыт, все страницы в социальных сетях удалены, я даже друзей твоих найти не смог, чтобы спросить, все ли с тобой хорошо. В полицию ходил, надумал себе кучу всего, а ты, оказывается, за время моего отсутствия мужиком успела обзавестись.

— Слова подбирай, пострадавший, — делает шаг ко мне Дмитриев.

— Куда я пропала? — начинаю заводиться я.