Прикосновение

Сегодня на неё смотрели по-разному: с любопытством, завистью, расчетом. Диана без труда считывала эмоции. Привыкла. Взгляд Игната она прочувствовала даже не кожей. Душой. Она едва ли не физически ощутила, как он заскользил от шеи по плечу, задержался в том месте, где задержалась лямка.

А потом устремился вниз, чтобы удостовериться, насколько Диана обнажилась.

Ни на сколько. Платье плотно сидело.

Тогда почему Игнат не спешил поднимать глаза, отводить взгляд? Продолжил смотреть, ничего не говоря.

Вся легкость, ироничность, к которой они перешли в разговоре, также испарилась в никуда.

Также смотрела на Игната, тяжелее задышав. Она не знала, что пыталась увидеть, рассмотреть. На несколько секунд вокруг точно воронка образовалась, отрезав их от внешнего мира, от шума и суеты.

Игнат поднял руку. У Дианы оборвалось сердце. Она знала, что он собирается сделать. На виду у всех.

Но не остановила.

Не захотела…

Его прикосновение едва ощущалось. Теплые пальцы заскользили по коже, начав движение едва ли не от яремной ямки и вдоль, подбираясь к лямке.

– У тебя очень красивое… – начал говорить Игнат и оборвал себя на полуслове. Продолжил через протяжный выдох: – Платье.

Лямку вернул на место.

И отодвинулся. Сделал шаг назад.

Глава 17

Диана снова сбежала.

Под немного насмешливым взглядом Игната.

Думала, не отпустит…

С другой стороны, как он мог её не отпустить? И был ли у него повод?

Ей надо немного выдохнуть и прийти в себя.

– Трусишка, – послышалось ей вдогонку, когда она, сославшись на то, что ей надо в дамскую комнату, улепетывала от Давирова.

Конечно, трусишка! Она и не спорит.

Тогда почему едва сдерживает счастливую улыбку?

Ничего же не произошло. Подошел к ней знакомый мужчина, обменялись парой фраз.

И только.

Правда же?

Диана не соврала, когда сказала, что ей надо в дамскую комнату. Минутка уединения ей не помешает. Ещё хотелось удостовериться, что она по-прежнему выглядит достойно, а не пошла красными пятнами от невинного прикосновения Игната.

Как он к ней прикасается! Мамочки…

Она горела изнутри. И ничего не могла с собой поделать. Диана никогда не понимала, как можно возбудиться от взгляда мужчины, от одного прикосновения.

Теперь узнала на личном опыте.

Пока шла по залу и потом по коридору к дамским комнатам, ей казалось, что каждый, кто смотрел на неё, знал, что у Дианы Валтэр намокли трусики. Сильно намокли.