Оперативный псевдоним

Сегодня умывание и бритье были особенно противны: обшарпанные стены, проржавевший капающий кран, дерущее кожу миллиметровое лезвие, – все действовало на нервы. И то, что произошло в убогой кухоньке, только добавляло раздражения.

– Чего такой угрюмый? – добродушно поинтересовалась Тонька, когда он стал одеваться. – Не выспался?

– Да нет, все нормально. Достань мои документы.

– А завтракать не будешь? – спросила она, подавая паспорт и военный билет.

– Нет, сыт. Где медицинские бумаги?

– Думаешь, понадобятся? – Озабоченно покопавшись в шкафу, Антонина достала полиэтиленовый пакет со справками, выписками и рентгенограммами.

Он тем временем незаметно взял из стола замшевый футлярчик с ключами.

– Пока!

Лапин вышел на улицу. По обе стороны горбатились отжившие свой век домишки с дряхлыми фасадами, перекошенными рамами и облупившимися дверями. По латаным рубероидным крышам шастали предчувствующие близкий март беспутные коты. На тропинке хрустела под ногами «жужелка» – так называли здесь печную золу.

«Гетто, – подумал Сергей. – „Черный“ район...»

Странно, но раньше он не воспринимал так придонские трущобы. Да и не считал их трущобами. Сейчас вокруг лежал чуждый, враждебный мир, в который он, не признаваясь даже самому себе, не собирался возвращаться. Все свое он нес с собой: голову, руки, деньги, документы, одежду. В конце концов, решится вопрос с работой – можно будет переночевать в гостинице, а за несколько дней подыскать квартиру в аренду. Пал Палыч и новые коллеги помогут.

Поднявшись по крутому и довольно скользкому спуску, Лапин попал в другой мир. Широкие тротуары, отреставрированные фасады зданий, богатые витрины, потоки автомобилей. Здесь чистили снег и не выливали ссаки прямо на улицу. И люди выглядели по-другому: чище, ухоженнее, наряднее, здоровей, наконец. Хотя, возможно, последнее обстоятельство обусловливалось предыдущими.

Лапину хотелось как-то подогнать себя под стать окружающей цивилизации.