Оперативный псевдоним

Он хорошо помнил, как начиналась эта служба: зеленые ворота с красными звездами, холодная душевая, обмундирование не по размеру, первые месяцы карантина и учебки, одуряющая монотонность курса молодого бойца, прибытие в часть, дежурство «на тумбочке», первый караул, бесконечные обходы спрятанных под землю кабелей, остронаправленные антенны дальней связи, боевое разворачивание станций – тех же «Цветочков», которые выпускал «триста первый», установка мачт, особенно сложная и опасная в ветер и дождь, шифровка – дешифровка, автомат со складным прикладом «АКМС»

– обычная для войск связи работа, без просветов и ярких пятен, которые могли бы остаться в памяти.

Разве что как бегали с полигона в самоволку на молочную ферму, где доярки кормили их жаренной на смальце картошкой и поили самогонкой, а потом они должны были отрабатывать угощение и драть изголодавшихся баб не глядя на возраст, внешность, манеры и чистоплотность. Здесь он поймал лобковых вшей – зловредных и цепучих тварей, победить которых удалось по совету «старика» только чистым керосином.

""2 февраля 1986 года зачислен на должность регулировщика пятого разряда на завод «Радиосвязь».

Почему регулировщиком, а не техником? Почему именно на «Радиосвязь»?

Почему его вообще занесло в Зеленодольск? Ничего этого Лапин не помнил.

Не сохранились и подробности шести лет работы, только общие планы: какие-то станки, стенды, жгуты, паяльник, безликие люди... Была там какая-то девушка, смутно проглядывало сквозь время когда-то знакомое лицо, но он чувствовал – между ними все кончено.

«30 августа 1991 года уволен по собственному желанию».

А какого черта он увольнялся? Что заставило бросить худо-бедно насиженное место? Почему решил вернуться в Тиходонск? В памяти тоже ничего не осталось.

Если сильно стукнуть по башке, то забываешь, что было раньше. Неизвестно, почему он уволился и приехал сюда, но 2 сентября 1991 года его подобрали на привокзальной площади и доставили в психиатрическую лечебницу, там он пролежал полтора месяца и до Нового года долечивался в неврологическом санатории.