Она (не) твоя

— А сейчас и тем более ничем не поможешь. Маша беременна от него.

Зверев взглянул на меня исподлобья, словно отслеживая реакцию. Я гордо вздернула подбородок, посмотрела на него свысока.

— Передай им мои поздравления! Скажи, что обязательно пришлю открытку.

Он шагнул вперед и, снова положив руку к сердцу, посмотрел на меня щенячьим взглядом

— Честное слово, Алиска, вот тебе крест, — быстро перекрестился он. — Я как мог пытался вам помочь, но разве он слушал меня…

— Если б ты хотел сохранить нашу семью, то навряд ли бы давал ему ключи от своего траходрома! — Я брезгливо смерила его взглядом, и, перед тем как закрыть дверь, добавила: — Пошел вон! И чтоб глаза мои тебя больше не видели!

— Вот это ты его отчихвостила! — восхитилась подруга, как только я закрыла дверь.

Следующие полчаса на кухне только и слышалось из наших уст: «вот зараза», «вот гаденыш», «сводник недоделанный», «друг он мне, ага!»"

"— Не хотел он семью рушить, как же! — фыркнула Дианка, складывая в пакет коробки с пирожными.

Диана отнесла пакет в прихожую и, вернувшись, добавила:

— И знаешь, я вообще не удивлюсь, если сам же Зверев их и познакомил.

Ее рука нырнула в карман фартука, и, вытащив телефон, подруга быстро заводила пальцем по экрану.

— Что и требовалось доказать! — Она развернула мне экран.

Действительно, Маша была в друзьях у Зверева, а через минуту выяснилось, что и тренер Юля тоже. Но даже если он их свел, то все равно это ничего не меняет. Измена была? Была! Шубы и кольца были? Были! Цветочки были? Тоже были! Маша беременна? Беременна! А при каких обстоятельствах они познакомились не имеет никакого значения. Разве что, Зверев оказался редкостной скотиной, вот и все.

Домофон снова ожил.

Пока Кирилл поднимался, мы с Дианкой быстренько упаковали остальные пирожные, и вынесли пакеты в коридор.

— Не вкусно получилось? — с улыбкой спросил Кирилл.

Я не сразу поняла, о чем это он? Стояла на пороге, как вкопанная и смотрела на него во все глаза.

«Почему он так говорит? Даже обидно стало. Он ведь еще не пробовал, а уже заявляет, что не вкусно…»

И тут Кирилл кивнул на лестницу.

— Ты всегда так поступаешь с неполучившимися десертами?

Обида тут же испарилась.