Она (не) твоя

— Здесь хватит на операцию и прочие расходы, — положив пакет на стол, сказал он и добавил: — И… я заложил сюда стоимость проживания для Артема.

Это было после того, как я уже вернулась от отца с нужной суммой и уже не нуждалась в этих деньгах. Но этот поступок я запомню, как и все хорошее, что у нас было с ним.

В этот же вечер Кирилл собрал свои вещи и очень долго прощался с Софой в комнате.

А со мной он еще какое-то время продолжал быть на связи.

Звонил, чтобы поинтересоваться, добрались ли мы до Тель-Авива, обеспокоенным голосом спрашивал, как Софа перенесла свой первый полет на самолете.

Помню, как он шумно выдохнул в трубку, услышав, что операция была успешной.

Знаете, очень сложно описать словами, что я сейчас чувствую к нему. Но одно могу сказать наверняка: когда ты побываешь на границе между жизнью и смертью, в определенный момент понимаешь, что нужно помнить в людях добрые поступки, совершенные ради тебя, и уж точно не стоит тратить свою единственную жизнь на нервы и обиды и за прошлое.

Забыть о его ворчаниях за разбросанные игрушки и продукты, купленные мною впрок, закрыть глаза на его безустанную привычку раскладывать все по полочкам и медлить тогда, когда время идет на часы.

Все это нужно просто взять и отпустить в небо, улыбнуться своему счастливому будущему и больше никогда не оглядываться назад.

Сердце — оно одно.

Я повернулась к Артему, который спал на соседнем кресле. Одной рукой он обнимал Софу, другой — даже во сне крепко сжимал мою ладонь.

Прерывисто выдохнула, вспомнив, как он сотню раз клялся в Израиле, что больше никогда не предаст меня и что его сердце целиком и полностью принадлежит нам с Софой и… невольно сжала его руку.

Откинувшись на спинку кресла, я закрыла глаза.

«Готова ли я поверить ему? Готова ли впустить в свою жизнь и не бояться, что однажды снова окажусь обманутой?..»

На эти вопросы ответов нет. Пока…

Одно знаю наверняка: я не буду торопиться с решением. Жизнь сама расставит все на свои места.

*«Бен-Гурион» — аэропорт Тель-Авива.

Глава 45. Полусухое вино, полураздетая барышня

Артем

Три недели спустя

К десяти вечера вся эта шумиха в ресторане изрядно поднадоела.