Охота на олигарха

Меня никто не называл малышкой. Может, стоило дожить до моего возраста и, стоя на руинах двадцатилетнего брака, услышать эти слова. Как так быстро ему удалось соблазнить и совратить меня? Ведь я раньше никогда не думала о других мужчинах.

А здесь — несколько стопок водки, несколько взглядов и касание руки — и я готова не слезать с его члена, получая новые оргазмы.

Вот и сейчас я так близка к нему. Он нарастает изнутри огненным горячим шаром, пульсирует, готовый взорваться и разорвать мое сознание.

— А-а-а-а… да… боже… мой… да… еще… пожалуйста… сейчас… а-а-а-а-а-а….

Бормочу, кусаю губы, снова царапая Володю за плечи. Начинаю кончать, увеличивая трение, веду бедрами, но меня резко снимают с члена.

— Сожми меня, сожми сильнее.

В то время как Володя массирует мой клитор и набухшие половые губы, я сжимаю его член. Он кончает вместе со мной, густая сперма вырывается наружу, стекает вниз, в мою руку.

Но еще тогда я понимала, что этот случайный любовно-эротический роман не пройдет в моей жизни просто так.

* * *Наши дни

Долго не могла заснуть, все вспоминала, как было там, в деревне. И что сейчас передо мной был практически другой человек. В роли электрика олигарх дымов мне нравился больше. Утром с Тамарой поехали к ее чудесному доктору."

"— Зря я, наверное, ему нахамила и выгнала. Может, человек приходил поговорить, решить какие-то вопросы?

— Ты о ком?

— Все о том же, Тамара, ты совсем меня не слушаешь.

— Голова немного болит. Но ты все сделала правильно, скоро прибежит вот увидишь.

— Надо было меньше водки вчера пить и закусывать огурцами.

— Так мне можно, я ведь не беременная.

— Смешная шутка.

— Так, все, доктор готов нас принять. Эдуард Маркович, доброго утра, как ваши дела?

В кабинете гинеколога с золотыми руками было и правда интересно: светлые стены, большие окна, белая глянцевая мебель и огромная картина не то цветка, не то женского полового органа, оригинально.

— Тамарочка, раз вас видеть, вы все хорошеете с каждым днем, жалею, что мы не познакомились в другое время, я бы вас стал домогаться.

Тома — она и с похмелья царица и богиня, тут я спорить не стану. Меня попросили раздеться за ширмой. Руки тряслись, во рту пересохло, словно мне шестнадцать, я перепихнулась с соседским мальчишкой, и папа заругает.

Господи, какой бред.

— Ну, что у нас, милая девушка?

Доктор на самом деле был располагающим к себе молодым симпатичным мужчиной.

— Задержка.

— Давно?

— Да.

— Очень хорошо.