Огуречный бизнес попаданки (СИ)

«Мой дорогой Бернард!»

Первая строка письма немного подбодрила меня. Вряд ли его величество пребывал в гневе, если решил обратиться ко мне столь тепло. В приватных беседах он обычно называл меня именно так, по имени, или «дорогим племянником» (хотя на самом деле степень нашего родства была более дальней).

«Прости, что вынужден настаивать на твоем возвращении в столицу и прерывать ваше приятное предсвадебное путешествие, но этого требуют обстоятельства.

Дело в том, что не далее, как вчера, до меня дошли неприятные известия о том, что Терезия намерена возобновить давний территориальный спор относительно провинции Деланже.

Терезийцы уже много раз пытались оспорить принадлежность Деланже Арвитании, но дело всякий раз завершалось в нашу пользу. Теперь же будто бы у них появилось весомое доказательство того, что мой прадед Максимилиан Десятый всё-таки подписывал указ о передаче Деланжа Терезии.

И этим доказательством является не что иное, как письмо, написанное вашим прапрадедом своей жене, в котором он ясно указывает, что был свидетелем подписания этого указа».

Я снова прервал чтение. Это письмо хранилось у нас дома уже много десятилетий, и я даже представить себе не мог, чтобы кто-то, кроме самих Клермонов, знал о его содержании. Для нашей семьи это письмо имело особую ценность исключительно потому, что в нём говорилось о том, что Жерому Клермону был пожалован герцогский титул.

Это было всего лишь старое письмо, написанное дворянином своей супруге! Разве могло оно быть доказательством передачи Терезии огромной провинции?

«Так вот, мой мальчик! Мне сообщили, что это письмо попало в руки короля Терезии, и что его передал Его Величеству именно ты!»

И снова я отложил письмо в сторону, потому что мне стало трудно дышать.

«Разумеется, я не поверил этому, Бернард! Но мне хотелось бы, чтобы ты лично подтвердил, что всё это — не более, чем злые наговоры. Если такового письма никогда не существовало, то мне достаточно будет в этом твоей клятвы. А если оно всё-таки есть, и оно по-прежнему в твоем поместье, то привези его в столицу, и я самолично его уничтожу.