Одна из тридцати пяти (СИ)

— Церковь даже готова обойти вопрос вашего развода, и поддерживать вас и малолетнего короля Уилльяма, но при одном нюансе, который, как я полагаю, вы тоже обсудили с Марсеро.

— Разумеется, — отозвался регент, — кроме того епископ заверил мой развод своей рукой, что никогда не оспорит ни один священнослужитель.

— Да уж, отличный ход, сир, — добавил свою реплику Аарон.

— Ваше величество, не пора ли отправить начальника канцелярии куда-нибудь с очередным заданием? — по губам Кайетана скользнула тень усмешки и тот час пропала.

— Я как раз над этим подумываю.

В руки Берингера попало второе письмо.

— Леди Стелла пишет, что обрела свою цель в этой жизни в услужении богу, и теперь ей нужно десять тысяч лир содержания вместо пяти, ваше величество. Она желает заняться благотворительностью.

Усталый вздох Райта был ответом. Он молча потребовал третье письмо.

— Леди Мэг Ингрем просит ваше величество выделить деньги на школу для девушек в восточном Говер-холле. Не смотря на то, что она оставила службу, она рассчитывает на вашу милость, ибо…

Райт взмахнул рукой, прерывая речь Кайетана.

— Что-то еще?

— Письмо от лорда де Хога, сир, — Дэш подал ему послание. — Вернее от его поверенного. Несколько дней назад де Хог и его сын погибли при осаде крепости близ Мейхета, куда были отправлены в наказание за измену.

Аарон несдержанно хмыкнул:

— Хоть одна хорошая новость.

— Дальше, — равнодушно проговорил Райт.

— Письмо от нашего человека, сир, по поводу принца Эдмунда. Наш человек пишет, что принц проводит все дни в уединении, и, кажется, медленно сходит с ума.

— На этом все? — не комментируя новости, спросил Райт.

— Еще кое-какое письмо, мой лорд, но я даже не знаю, к кому его адресовать, — замялся Кайетан, — некая леди Сибилла…

— Это та, которая второй год пытается протолкнуть на одобрение в совет свои изобретения? — недоуменно протянул Аарон.

— Кажется, да, — согласился Дэш, — год назад ее сестра Камилла вышла за лорда Бейдока, а леди Сибилла осваивает поприще науки.

— Ее письмо отложите, — вымолвил регент.

Они вошли во дворец, встречая на пути группу фрейлин, которые покраснев, присели в реверансах. Лишь поклон одной был недостаточно почтительным, но Райт не воспринял на свой счет, замечая, как напрягся Аарон. Неуважение Розетты касается лишь последнего.