Обещание горца

– Я чувствую себя немного виноватой из-за того, что я здесь, а мужчины – снаружи, – сказала Гризелла, укладываясь рядом с Джеймсом на постели из одеял.

– Я тоже, – согласилась с ней Бетия и усмехнулась, тоже устраиваясь на одеялах. Она лежала и смотрела на деревянную раму, поддерживавшую крытый верх экипажа. – Я так мечтаю о собственной постели! Может быть, если поторопимся, мы приедем еще до захода солнца!

– Мне кажется, как только я найду постель для нас с Питером, я упаду в нее даже не раздеваясь. Ха! Я даже не буду ждать Питера! Нет, сначала я разведу огонь.

– Думаю, я придвину кровать прямо к камину. – Девушки рассмеялись, и Бетия вздохнула: – Хотя вы с Джеймсом довольно теплые, мне так не хватает Эрика.

– Я тебя понимаю. Мужчины шумные и волосатые, но их бывает так приятно обнять! – Гризелла лукаво улыбнулась Бетии поверх головы малыша. – Ты волнуешься перед встречей с семьей мужа?

– Немного. Боюсь, что доставлю им немало хлопот. – Бетия легко дотронулась до кудряшек спящего Джеймса. – Кроме того, я уже обременила их родича ребенком.

– Эту ношу он, кажется, рад был на себя взять. То, как сэр Эрик обращается с малышом и с другими детьми, подсказывает мне, что в Донкойле любою ребенка примут с распростертыми объятиями. Мужчина не будет с любовью относиться к детям, если его самого так не воспитывали.

– Я надеюсь, ты права. Мы будем на месте уже завтра: Мне очень хочется, чтобы малыша приняли в новой семье.

Сидя в седле впереди Эрика и оглядывая окрестности Донкойла, Бетия сразу же почувствовала разницу между ним и Дублином.

Крепко держа мужа за руку, Бетия оказалась в дышащем теплом зале, где ее представили крупному русоволосому мужчине по имени Балфур, его изящной красавице жене Мэлди, Найджелу, почти такому же красивому, как и Эрик, и его очаровательной беременной жене, которую звали Жизель. Не успела Бетия и глазом моргнуть, как пажи и служанки уже повели их наверх, в спальни, смывать дорожную пыль, греться и переодеваться.