Новогоднее утро с... Бандосом!

— Ну ничего, я его из-под земли достану, — рявкает Дарьял и снова пинает по колесу.

— Так отмечает, наверное, — не удерживаюсь от саркастичной реплики. — Это только нам первого января делать нечего.

Дарьял лишь фыркает.

— Вот делать нам как раз есть что, — одаривает многозначительным взглядом. — Но мы вынуждены разгребать это дерьмище.

— Ладно, — вздыхаю я. — Все равно уже здесь. Что делать будем? Официально на допрос вызывать твоего Тихомирова?

— Так он и приехал, ага. Нет уж, будем сами разбираться. Как можно быстрее.

Дарьял решительно лезет в машину. Переворачивает все вверх дном и вытаскивает видеорегистратор. Я поджимаю губы.

— Да ладно, — недоверчиво хмыкаю. — Не может все быть так просто.

— Надо проверить, — отвечает он, вставляя флешку в телефон.

Мы садимся в машину, и экран зажигается. На записи видно, как трое пьяных мужиков вваливаются в такси, а выходит из него один — Дарьял. Я моргаю, переваривая увиденное, но не произношу ни слова.

— Стоп, а пацаны где? — спрашивает он, изучая видео.

Такси уезжает, а Дарьял пролезает в дырку в заборе и пропадает. Через какое-то время вагоны трогаются с места, машина следует за ними. Все говорит о том, что именно Дарьял эти вагоны увел. Сжимая зубы, он бьет ладонью по рулю.

— Вот же блядство! Охренели совсем!

— Я знаю это место, — говорю, пытаясь удержать его от импульсивных действий. — Километров сто пятьдесят отсюда.

Дарьял молчит несколько секунд, желваки на его лице ходят ходуном.

— Отлично.

— Поехали? — поворачиваюсь к Дарьялу.

— Ага. Только я за рулем, — самодовольно заявляет этот наглец.

— С чего это вдруг? — окидываю его надменным взглядом. — Это моя машина.

Кто-то хочет меня прогнуть? А кишка не тонка?

— Хочешь поехать на моей? — ехидничает он.

— Я хочу сама рулить, — упираюсь из вредности.

— Угомонись, женщина, — смеется Дарьял. — Дам я тебе порулить, но только в постели.

— Но...

— Яйцами хочешь помериться? — усмехается он и с вызовом смотрит на меня.

И я внезапно понимаю, что не хочу. Ни рулить, ни командовать. Только на ручки и мандаринку. Конечно, почищенную. И так мне становится хорошо от этого нового необычного ощущения, что сдаюсь без боя.

— Нет, не хочу. Давай уже закончим с этим и домой.

Дарьял усмехается, садится за руль, и мы отправляемся в путь. Когда доезжаем до места, на улице уже темно.