Новобрачная

Перед ширмой Джейми остановилась и спокойно спросила:

– Значит, ты не боишься кинжала, Алек? Скоро ты уснешь. Ты не опасаешься, что тогда мои руки смогут поднять кинжал? Спокойной ночи, муж. Желаю тебе хорошо провести время.

Алек громко расхохотался.

– Я не понимаю тебя, – сказал Гавин. – Почему ты смеешься? Ведь она угрожала убить тебя?

– Перестань хмуриться, я в полной безопасности. Моя жена никогда не поднимет на меня руку. Это не в ее натуре.

– Ты не ошибаешься, Алек? Не забывай, что она англичанка.

– Ты поймешь, что я прав, когда получше узнаешь ее.

– Она очень красива, – заметил Гавин. – Я не мог оторвать от нее глаз.

– Я это видел.

– Да… наверное, должно пройти время, прежде чем я привыкну к ней, – заметил Гавин, смущенный тем, что его внимание к чужеземке не прошло незамеченным. – Воины не пощадят своих жизней, чтобы защитить ее, но, мне кажется, ей будет трудно снискать их расположение – она англичанка, и этим все сказано.

– Да, это так. Каждый раз, когда она открывает рот, ее произношение напоминает мне об этом, но я уверен, что со временем Джейми завоюет доверие воинов.

– Поначалу она показалась мне очень робкой, теперь же я не уверен в этом.

– Она такая же робкая, как и я. У этой женщины есть характер. Она открыто высказывает все, что думает, и весьма решительна в своих действиях, при этом Джейми самая нежная женщина на свете.

– Понимаю.

– Чему ты улыбаешься?! – взорвался Алек.

– Своим мыслям, милорд.

– Слушай меня внимательно. Я хочу, чтобы ты охранял ее, если меня не будет.

– Тебя что-то беспокоит?

– Нет. Выполняй мой приказ и не задавай вопросов.

– Слушаюсь, милорд.

– Я хочу, чтобы ей было здесь хорошо. Она нуждается в защите.

– Я понял, милорд. Значит, она не такая уж сильная? Алек нахмурился: замечание друга явно не понравилось ему.

– Возможно. Даже вид крови пугает ее.

– И вид баранины тоже…

Собеседники расхохотались. Алек оглядел стол, и лицо его стало серьезным: все мужчины, присутствующие в зале, смотрели на ширму, за которой скрылась Джейми.

Джейми и предположить не могла, что вызвала столько разговоров, что посеяла такую смуту в сердцах мужчин. Она терпеливо ждала, пока слуги под присмотром седовласой полной женщины по имени Фрида наполнят ей лохань водой.