Новобрачная

Движения Алека были плавными и нежными. Ногти Джейми царапали ему спину, но он не чувствовал боли.

Переполненная неведомым доселе блаженством, Джейми стонала и шептала имя мужа. Она была на небесах, и это он привел ее туда.

– Не торопись, дорогая, – шептал Алек. – Подожди меня.

Никогда в жизни, несмотря на свою многоопытность, Алек не испытывал такой страсти и ни одной женщине он до такой степени не желал доставить удовольствие. Ему хотелось воспарить с этой маленькой англичанкой к звездам. Он знал многих женщин, а она только что была еще девушкой, но именно она показала ему, что такое истинное блаженство.

Ночью Джейми спала как убитая. Когда она проснулась, солнце уже поднялось. Новобрачная со стоном потянулась и открыла глаза. Тело было наполнено негой. Воспоминания прошедшей ночи вспышкой пронеслись в мозгу, и краска стыда залила ее щеки. Как она теперь посмотрит в глаза мужу? Она вела себя с ним как последняя распутница. Что он теперь думает о ней? Ах, зачем, зачем она не остановила его?! И не только не остановила, но сама принимала участие в этом неприличном действе! Как было бы хорошо никогда не вылезать из-под пледа и не встречаться с ним взглядом!

Джейми все-таки высунула голову и сразу увидела Алека.

Он стоял на другом конце поляны, рядом с оседланными лошадьми. Резвая вела себя как истинная женщина: мягкими губами она теребила руку Алека, требуя ласки.

Внезапно Джейми почувствовала, что ей тоже хочется, чтобы муж приласкал ее. Кажется, ночью он остался доволен ею.

Жаль, что перед тем как заснуть, она не спросила его об этом."

"Алек не смотрел в ее сторону, и Джейми, преодолев смущение, медленно сбросила плед и надела сорочку. Она твердо решила, что больше не будет стесняться мужа, как, наверное, и принято в браке.

Алек так и не взглянул на нее. Джейми собрала одежду и, стараясь всей своей фигурой выражать достоинство, направилась к озеру. Она старательно вымылась и надела бледно-голубое платье. Расчесав волосы, Джейми заплела их в косу.

Она хорошо выспалась, была чистой, и настроение ее улучшилось. Гордо вскинув голову, она зашагала обратно в лагерь. Впереди был новый день и новая жизнь. Она выполнила свой долг жены и стала женщиной.

* * *«Наверное, она считает, что я сделан из камня», – думал в это время Алек, глядя вслед стройной фигурке. Ни одна женщина еще так не влекла его к себе. Ни с одной из них он не испытывал столь всепоглощающей страсти.