Изменить 6-го

 — Он откинул с моего лица волосы и крепче прижал к себе.

— Только не сорвись, — плакала я, цепляясь за него, словно утопающий за соломинку. — Не бросай меня.

— Не брошу, — пообещал он. — Впредь я тебя не подведу.

В его голосе не было ни намека на сомнение или фальшь, и это вселяло надежду.

— Настал мой черед. — Он трепетно поцеловал меня в макушку. — Мой черед заботиться о тебе.

139

Я ПОЗАБОЧУСЬ О ТЕБЕ

ДЖОУИ

Позже в тот же день в наш с Моллой тихий и уютный мирок, где мы приспосабливались к вопящему человечку, которого вместе создали, вторглись самым бесцеремонным образом.

Нагруженные связками воздушных шаров, мягкими игрушками и подарочными пакетами, в палату ввалились Триш и Кейси, за ними с брезгливым видом следовал Тони.

— Ифа! — хором воскликнули Кейси и Триш, бросившись к кровати. — Бедная девочка!

— Привет, мам. Привет, Кейси.

— Ты только посмотри на себя. Краше в гроб кладут.

— Вау. Спасибо, мамуля.

— Не слушай ее, — затараторила Кейси. — Ты такая же крутая, какой и была всегда.

Я благоразумно посторонился и направился к Тони.

— Значит, твой папаша еще не исчез, — констатировал тот, завороженно глядя на младенца у меня на руках. — Для начала неплохо.

— Не исчез и не собираюсь, — подтвердил я, поудобнее перехватив сына. — Поздоровайся с дедушкой, бутуз."

"— Блютус? Вы совсем обалдели — назвать моего внука в честь какой-то новомодной фигни в телефонах, — проворчал Тони, по-прежнему не сводя глаз с малыша.

— Прочисти уши, пап! — крикнула Моллой.

— Бутуз? Час от часу не легче.

— Это не имя. — Я со смехом протянул ему малыша. — На, подержи.

— Упаси меня господь, — выдавил Тони, быстро скинув пальто и засучив рукава рубашки до локтей. — Он же совсем кроха. — Он плюхнулся на кресло у кровати и шумно выдохнул. — Я не держал младенцев с тех пор, как двойняшки подросли.

— Дай его мне, — вклинилась Триш. — Чур я первая.

— Еще чего. — Тони двумя руками поманил меня к себе. — Иди, мальчуган, дедушка тебя потискает.

— О господи. — Ликующая Кейси склонилась над Тони с розовым цифровым фотоаппаратом и защелкала им как одержимая. — Народ, он такой клевый.

— Ифа, он прямо богатырь, — ворковала Триш.

— Ага, — зажмурившись, пробормотала Моллой. — Я чуть по шву не лопнула.

Пока все суетились вокруг ребенка, я поспешил к Моллой.

— Все хорошо?

— Угу, — откликнулась она, не открывая глаз. — Только внутри все сжимается.

Да, нас предупреждали.