Изменить 6-го

 — Тебе что, предъявляют обвинения?

— Никаких обвинений не будет, — ответила Эдель, взъерошив сыну волосы. — Твой отец все уладил.

Брови Каваны поползли вверх.

— Он тебя снял с крючка?

— Похоже на то, — пожал я плечами. — Если верить твоим родителям.

— А где твоя мама?

Господи, этот чел такой же дотошный, как и его мать.

— Она приезжала за тобой в полицию?

Хрена лысого.

— Она работает, — безучастно ответил я. — Не дозвонились.

Парню, выросшему в такой семье, никогда меня не понять. Он может попытаться.

— Звонил директор Туми, — объявил Джон, появившись на кухне с телефоном в руках. — Совет школы вечером провел экстренное собрание.

— И что?

— И Белла не вернется в Томмен, чтобы закончить этот школьный год.

— Слава богу, — буркнул я. Хоть какой-то плюс во всей этой ситуации.

Хотя бы от одной обидчицы Шаннон избавилась.

— Ей позволят сдать выпускные экзамены в одной из местных школ, но в Томмене ее не ждут. Ее шкафчик освободили, телефон отобрали, все фотографии Шаннон стерли, — перечислял Джон внушительным адвокатским тоном. — Наташа О’Салливан и Келли Данн отстранены от занятий на неделю за участие в инциденте — хотя по просьбе Шаннон и после долгого обсуждения обеим девушкам позволят вернуться в Томмен после наказания и разрешат сдать там экзамены.

— Отстой! — хором выпалили мы с Джонни.

— Спокойнее, ребята! Это хороший результат. — Джон взял протянутую ему чашку кофе и, поцеловав жену, снова обратился к нам. — Исключите эмоции из уравнения и посмотрите на результат трезво: это победа.

— А Кормак? — не унимался Джонни. — Как ты от него отбился? Он прямо горел желанием выдвинуть обвинения.

— Я нашел убедительные доводы.

— Ну блин... — Кавана отклонился на табурете и присвистнул.

— Но не все новости хороши. Тебя все-таки исключили из Баллилагинской муниципальной школы. — Джон внимательно посмотрел на меня. — Видимо, ты уже получил последнее предупреждение, тебя отстраняли семь раз только в этом году и бесчисленное количество раз начиная с первой недели первого года. Я сделал что мог, Джоуи, — виновато добавил он, — но они не уступали.