Изменить 6-го

Ну вот и все.

Вот я и произнес это вслух.

Впервые на моей памяти.

— Но дальше так продолжаться не может. — Измученный, плохо соображающий, я изливал скопившуюся боль. — Ситуация изменилась. Если не вытащить детей из этого дома, они либо погибнут, либо, еще хуже, превратятся в меня.

— В смысле — погибнут?

— В самом прямом, — отрезал я, ощущая странную свободу оттого, что наконец-то нашлись взрослые, готовые выслушать мои опасения и принять их всерьез. — Отец никогда не оставит нас в покое, а мать не способна нас защитить.

В этом доме им крышка, и меня такой расклад совершенно не устраивает. Если... Блин, сам не верю, что это говорю, но, если вы реально готовы оформить опекунство над Шаннон с ребятами, я не стану препятствовать. — Я замолчал, стараясь собраться с мыслями. — А вот Даррен станет.

— М-да. — Джон со вздохом побарабанил пальцами по столешнице. — Даррен.

— Впрочем, надолго он тут не задержится, — попробовал я подсластить пилюлю. — В свое время он свалил, не выдержал, а сейчас, почувствовав вкус свободы, свалит и подавно.

Однако мать на него молится, и его слово для нее закон. Они вечно на одной волне, и Даррен будет ставить вам палки в колеса, только бы сохранить статус любимчика. — Скрестив руки на груди, я смерил чету Кавана пристальным оценивающим взглядом и добавил: — Насколько я могу судить, младшие жаждут перемен. Они не больше моего хотят жить с матерью. Загвоздка в том, что у них никогда не было более или менее безопасной альтернативы. — Вплоть до сегодняшнего дня. — Все четверо долго сопротивляться не станут, — добавил я, — если кто-нибудь донесет до них, что такая альтернатива есть.

— Кто-нибудь, на кого они равняются, — подхватил Джон. — Кому доверяют. Кто-нибудь вроде тебя.

— Вы просите меня рискнуть самым дорогим. Сделать то, чего до сих пор мне сделать не удавалось. Переступить через свои установки.

Я снова опустился на табурет и, облокотившись на мраморную столешницу, обхватил голову руками. Страх боролся во мне с желанием поступить правильно. По-настоящему правильно, а не разыгрывать мнимое благородство, заложенное в меня с раннего детства.

— Я хочу помочь.

— Серьезно?

Подсознание голосом Даррена вопило: «Нет, нет!» — однако я молча кивнул и закусил кулак.

Смелее, Джоуи, ради детей.

Их еще можно спасти.

Вытащи их.

Доверься этим людям."

"— Я выступлю на вашей стороне. Замолвлю словечко перед соцработниками. Честно расскажу обо всем властям, выведу родителей на чистую воду. Пусть все знают, какое они дерьмо.