Изменить 6-го

Все хорошо, — заверил я и, не дождавшись ответа, ласково приподнял ей подбородок, заглянул в глаза. — Люблю тебя.

— Раньше я тебе верила, — рыдая, пробормотала она. — А сейчас мне кажется, ты понятия не имеешь, что такое любовь.

— Моллой…

— Посмотри на меня, Джо.

И я посмотрел.

Черт, по-настоящему посмотрел.

— Вот какие страдания ты причиняешь человеку, который любит тебя больше всего на свете. — Она всхлипнула, и по моему лицу тоже покатились слезы. — Запомни это мгновение. Запомни мое лицо в тот миг, когда ты разбил мне сердце.

90

ОДИН ДЕНЬ — ОДНА ПЕСНЯ

ДЖОУИ

Разум сыграл со мной злую шутку. А может, тело сыграло злую шутку с разумом.

Так или иначе, я вообще ничего не соображал. В голове царило смятение, и я окончательно потерялся. От меня осталась лишь оболочка. Она находилась в доме, который я ненавидел, рядом с людьми, которым я не мог смотреть в глаза. Однако я словно наблюдал за собой со стороны, как зритель. Вокруг творилась лютая дичь, а я был бессилен ей помешать.

Я понимал, что зашел слишком далеко.

Да и не хотел.

Такая меня одолевала усталость.

Когда ставки были сделаны, а карты раскрыты, Моллой стала единственным спасением от боли. Мне так хотелось ухватиться за нее. Вцепиться в протянутую мне руку, но я боялся утянуть Моллой за собой и просто, на хрен, не мог так рисковать.

Не обращая внимания на гвалт и сосредоточенно переставляя ноги, я вошел в кабинет.

Презирая себя до глубины души, я позволил сердцу привести меня обратно к ней.

Обратно домой.

Кто-то звал меня по имени, но мне никак... никак не удавалось сосредоточиться на чем-нибудь, помимо нее. Рухнув на соседний стул, я ощутил знакомый аромат ее духов и поежился.

— Моллой.

— Джо.

«Ты ей нужен, — вопил внутренний голос. — Очнись на хрен!»

В глаза бросился ее округлившийся живот.

Где поселился зачатый мною ребенок.

Беременность уже не спрячешь.

Нервно подрагивая коленями, я пытался унять сотрясавшие тело судороги, но получалось хреново. Лишь когда она сжала под партой мою ладонь, мне наконец удалось совладать с собой.

— Отличные ножки.

Она отвернулась, не в силах скрыть слезы, но мою руку не выпустила. Наоборот, стиснула ее сильнее, согревая своим теплом. Моллой молча пододвинула поближе свой стул и аккуратно вставила мне в ухо наушник.