Ноттингем

– Прости, ты разговариваешь со мной или звонишь в службу поддержки магазина, чтобы пожаловаться на товар?

– Лифчик от одного комплекта, – поясняю я, через свитер подцепив большим пальцем лямку бюстгальтера. – А трусы от другого. И по цвету разные, но различие всего на полтона.

Моргнув, Сойер выглядит таким удивленным, будто я только что говорила с ним на незнакомом языке.

– Черт возьми, а сразу нельзя было сказать? – отмахнувшись от меня, он оглядывается. – Где мои вещи? Я ухожу."

"Рассмеявшись, я обнимаю его за шею и притягиваю к себе:

– Прости, просто я представляла этот момент сотню раз, и там все было идеально.

– Для меня все идеально, Райлс. – Обхватив мои щеки ладонями, он дарит мне глубокий поцелуй, и я рада, что сижу, потому что на ногах после такого устоять попросту невозможно.

Я поднимаю руки, помогая Сойеру снять с меня свитер. Наэлектризованные волосы трещат, щеки горят от волнения, хочется без остановки улыбаться, и, скорее всего, со стороны я выгляжу так, будто собираюсь в поездку в «Диснейленд».

Сойер вновь целует меня, бережно и нежно, без прежней спешки. Обняв крепче, я подаюсь назад, увлекая его за собой. Скользнув рукой под мою поясницу, второй он упирается в кровать, и мой затылок плавно опускается на мягкую подушку.

Я провожу пальцами по напряженным мышцам спины, сжимаю своими бедрами его и уже не знаю, у кого из нас громче стучит сердце. Губы Сойера спускаются к моей шее, оставляя дорожку поцелуев, а когда он слегка прикусывает нежную кожу, потолок вдруг начинает плыть, и я закрываю глаза.

– Я должен сказать кое-что, – говорит он, целуя меня за ухом. – Как в твоих книжках не получится, у меня не холодный член.

– Не поверю, пока не проверю.

– Здравый подход к делу, мисс Беннет.

Рассмеявшись, я целую его в губы, щеку, подбородок и даже в плечо. Так, будто ставлю невидимые печати с пометкой «не прикасаться никому, кроме Райли Беннет».

Отстранившись, Сойер расстегивает медную пуговицу на поясе моей юбки и тянет бегунок молнии. Я приподнимаю бедра, помогая снять ее с меня.

Под его потемневшим взглядом, изучающим изгибы моего тела, бабочки в моем животе устраивают настоящую резню.