Ноттингем

Каллум когда-нибудь пытался силой…

– Не продолжай, – прошу я, безуспешно пытаясь отстраниться. – Нет, боже, нет!

В голове всплывает день нашего расставания, когда Каллум и правда напугал меня. Но не думаю, что он действительно пошел бы на насилие. В любом случае я не готова рассказывать об этом Сойеру, потому что знаю – он тут же отправится к Каллуму, а затем сядет в тюрьму за жестокое убийство.

– Каждый раз, когда я приближаюсь, ты напрягаешься всем телом, и я… Черт. – Он усмехается. – Сам не знаю, что думал.

Я каждый раз в ступоре и напрягаюсь, когда он рядом, только потому, что боюсь выдать свои настоящие чувства. Поверить не могу, что Сойер умудрился интерпретировать все иначе!"

"Разомкнув сцепленные за его спиной щиколотки, я опускаю ноги и, подавшись назад, упираюсь ладонями в прохладную столешницу, с края которой точно бы свалилась, если бы Сойер не стоял вплотную. Я даю ему возможность отойти, но он не делает этого, а у меня нет ни сил, ни желания просить об этом.

– Боже. – Подняв взгляд к потолку, я шмыгаю носом. – Почему парни такие глупые? Не так уж я и напрягаюсь, просто всегда готова отбиваться, если тебе вдруг взбредет опять взъерошить мне волосы.

– То есть, когда я делаю так, – его ладони настолько внезапно оказываются на моей талии, что я делаю резкий вдох от неожиданности. – Ты не напрягаешься?

– Нет, – с трудом произношу я, стараясь сохранить дыхание ровным.

– А так?

Кончики пальцев Сойера касаются моего колена.

Даже несмотря на то, что Сойер почти невесомо ведет по коже подушечками пальцев, я все чувствую слишком остро. Вверх. Дюйм за дюймом.

Когда он останавливается у края шорт, я делаю такой глубокий вдох, что легким становится больно, а пальцы на ногах поджимаются сами собой.

Сойер склоняется ближе, и по моей щеке проскальзывает его теплое дыхание.

– Останови меня, Райлс, – просит он на ухо. – Пожалуйста.

О боже.

Я ни за что на свете не попрошу его остановиться.

Сойер проводит кончиком носа по моей щеке, а затем усмехается, и его дыхание щекочет мою шею.

– Черт возьми, скажи хоть что-нибудь, Райли, потому что я в шаге от того, чтобы разрушить нечто очень важное.

От его слов в моей груди словно взрывается граната.