Ноттингем

Это было предсказуемо, учитывая, что отец Сойера – тренер по рукопашному бою и самообороне, который буквально через силу заставлял сына тренироваться с самого детства.

Драка вокруг затихает, словно по команде: «Стоп, снято!», потому что вожак стаи устранен.

– Извинись перед Райли и пообещай удалить фото.

Щека Каллума прижата к песку. Тяжело дыша, он поглядывает на ребят из своей команды в надежде, что они помогут. Но все бездействуют и просто смотрят, ожидая, как поступит их капитан.

– Если ты полезешь в драку, мы с тобой расстанемся! – слышу я грозный голос Ви.

– Детка, я должен помочь друзьям!

– Выбирай: или драка, или я!

Пьяные Уилл и Ви стоят в стороне и так заняты ссорой, что совсем не замечают, что драка уже закончилась.

Каллум молчит, и это заставляет Сойера выкрутить ему руки еще сильнее. Он знает, как сделать боль невыносимой, и вскрик Каллума это доказывает: запрокинув затылок, Брайт шипит и громко чертыхается.

– Прости меня, Райли! Прости, пожалуйста! Я все удалю, обещаю!

– Вот видишь, было совсем не сложно, правда? – Отпустив, Сойер похлопывает Каллума по щеке и поднимается.

"Митч выпускает воротник полузащитника и отряхивает руки, будто испачкался, а Нико выбрасывает в сторону пустую бутылку пива, служившую оружием.

Сойер помогает нам с Хлоей подняться, а затем осматривает меня с головы до ног, чтобы убедиться, что на мне нет и царапины.

– Ты как, Райлс? – спрашивает он, обхватив мои щеки ладонями. – Порядок?

– Д-да. – Говорить сложно, зубы стучат, и я не пойму: это от адреналина или холода.

Кивнув, Сойер отряхивает мои вещи от песка. Внезапно в него с объятиями врезается Фелисити. В первую секунду мне даже кажется, что возобновилась драка, поэтому я вздрагиваю.

– Я так за тебя испугалась! – лепечет Фелис заплетающимся языком и, обняв крепче, прижимается щекой к его груди.

Замерев, пораженный Сойер стоит со вскинутыми ладонями и посылает мне вопросительный взгляд. Уверена, у меня на лице написано не меньшее недоумение.

– Если бы у меня был такой друг, как ты, то отчим бы никогда не причинил вреда мне или маме.

Фелис всхлипывает, а черты лица Сойера заметно смягчаются, и он треплет ее по плечу.

– Эй, все хорошо, Манчестер.

В ответ она громко икает.

– Черт возьми, ты что, пьяная? – Я приближаюсь, и становится очевидно, что Фелисити очень пьяна. – Ты же пила колу!

– Сид вылил ее и налил в мою банку пиво. Было вкусно.