Невеста мафии

Или под таким же номером, не считая последнего буквенного обозначения, в нашей области существовал еще один «икс-пятый» «БМВ» серебристого цвета… Словом, Яков Леонидович очень рисковал, без санкции взламывая дом по улице Красногвардейской. И даже если здесь в самом деле жил свинорылый, все равно Марцев мог получить по шапке. Даже если вина подозреваемого будет установлена, все равно вторжение в его владения признают незаконным. А прокуратура в таких случаях очень любит выносить на суд победителей…

Да, Марцев понимал, что может нарваться на прокурорскую грубость, и все же щепки летели во все стороны.

Группа ворвалась в дом, я видел, как зажигается свет в окнах.

Так оно и оказалось. Единственно, чего добился Марцев с группой, были ключи, которыми он смог открыть калитку со двора. И еще он принес фотопортрет, заключенный в рамку красного дерева. На снимке был запечатлен свинорылый, и на меня он смотрел с насмешкой и даже с издевкой. Козел!

– Он? – уныло спросил Марцев.

– Он самый.

– Ну, хоть что-то.

– На еврея он вроде бы не похож, – сочувствующим взглядом посмотрел я на майора.

– При чем здесь это?

– Для евреев погромы – обычное дело.

Еврейские погромы давно уже ушли в прошлое, во всяком случае, у нас в России, но Марцев понял мой намек.

– Ну да, – еще больше загрустил он. – А за русского спрос… Но ведь он, падла, Юрку застрелил.

Марцев забрал у меня портрет Горожанова, в сердцах плюнул на него без слюны.

– Сволочь!

– И где-то ж носит его земля, – заметил я.

– Земля носит, а машина возит, – кивнул он.

– Надо бы людей оставить, может, еще будет…

– Людей оставить? После того, как мы дров наломали?.. Да, переборщили мы… И кто останется? Из группы я никого не оставлю, тут опера нужны…

– Я останусь.

– А как же твоя нога?

– Что ж я, по-твоему, на костях Горожанова танцевать собираюсь?.. Хотя и не отказался бы…

– Ничего, мы еще вместе станцуем… Значит, остаешься?

– Да, – с окончательной решимостью сказал я.