Неприкаянный 1

Эта война непонятна для простого русского человека, далёкого от геополитических интересов, людям нужны простые и внятные герои. А ещё, это позволит господину Тидеману проявить инициативу и оказаться на слуху у своего начальства. Полагаю, что его куда больше устроит должность вице-консула, в Шанхае, но не должность ступенью выше здесь. Но вам-то это зачем? Да ещё и поссорились со своим коллегой."

"— Вы слышали?

— Вы не скрывались.

— Разумеется. Ну что же, вот вам мои резоны. Вы получили тяжёлое ранение, вас сочли погибшим и уже унесли в душевую, но вы воскресли, произвели не менее тридцати выстрелов, и десятью попаданиями вывели из строя Чиоду.

— Двадцать шесть выстрелов, тринадцать попаданий в «Чиоду» и три в «Асаму», — поправил я.

— То есть, это не байка ваших матросов?

— Нет, это правда.

— Уверяю вас, если вы позволите мне отредактировать и причесать ваш очерк, то я сумею подать эту правду так, чтобы публика рыдала от восторга.

— Что вам мешает сочинить «правду», как это делают многие другие, — хмыкнул я.

— Репутация нарабатывается годами, а спускается в ватерклозет в одно мгновение. Мистеру Шарпу плевать на репутацию, ему главное ухватить сейчас и получить немедленную прибыль. Я же не могу себе позволить подписаться под непроверенными сведениями.

— Но при этом готовы поверить моему слову?

— Письменному слову, месье Кошелев.

— Текст через копирку вас не устроит, как и консула Тидемана, а значит мне придётся переписать его дважды.

— Тысяча франков, — отсалютовав мне чашечкой кофе, произнёс француз.

Если что, то по сегодняшнему курсу это порядка трёхсот семидесяти рублей. Интересно, какую сенсацию он собирается слепить из моего очерка. Впрочем, средства мне не помешают. Ведь для войны нужны три вещи — деньги, деньги и деньги.

— Хорошо. Полагаю, это достойная плата за двухчасовое бдение.

— И ещё один вопрос. В вашем очерке будет указано о ночной атаке на рейде Чемульпо?

— Слышал об этом.

— То есть, вы испросили разрешение у командира вернуться в Артур чтобы продолжить воевать на минном катере, но при этом к тому минному катеру, что устроил переполох в эту же ночь не имеете никакого отношения?

— Именно.

— Просто великолепно. Вы мне нравитесь месье Кошелев. Позволено ли мне будет сделать в приписке к вашему очерку эдакий намёк на вашу причастность.

— Как это будет выглядеть.