Непорочная для Мерзавца

 — Я устала с ним пикироваться, а это — просто правда, от меня ничего не отвалится ее сказать.

Он молча отворачивается к окну, ни единой эмоцией не выдавая свои мысли.

Кажется, я начинаю привыкать к тому, что в его машине мы ездим так, будто нас разделяет стеклянная перегородка. Даже у случайных попутчиков в такси тем для разговора больше, чем у нас.

Глава двадцать четвертая: Габриэль

Я чуть было не совершил глупость.

Точнее, я ее свершил, но не довел до конца, потому что вовремя расклеил глаза.

О чем только думал? Букет, квартира, на, Кира, только перестань быть такой унылой и скучной соплей, и стань, наконец, девчонкой, которая отдается за деньги.

Я почти и не спал, потому что в голову лезла какая-то сюрреалистическая чушь, где Кира спит в свое постели почему-то в идиотской мешковатой пижаме, а ей на голову падает потолок, и весь дом оседает в гору пыли.

И что в итоге? Стоит отвернуться — и рядом с ней снова какой-то мужик. И не кто- нибудь, а мой дядя, за которого она собираюсь замуж. И он так на нее смотрит, будто сожрать готов.

Я хотел его убить просто за то, что он стоит достаточно близко, чтобы дышать с Кирой одним воздухом. Я правда желал смерти собственному дяде, и до сих пор желаю. убил бы — и на одного придурка, пускающего слюни на мою Киру стало бы меньше.

Стискиваю челюсти так сильно, что зубы впиваются в десны.

Она «не моя». Она мне на хер не нужна «моя».

Машина притормаживает у новостройки. Дом мне нравится: одна квартира — отдельный вход.

— Я никуда не пойду.

Кира складывает руки на груди, так что приходиться обходить машину и за руки вытаскивать упрямицу наружу. Отметина на роже от ремня ее сумки просто зверски горит, как будто у меня под кожей торчит игла толщиной в палец. Я гоню прочь мысли о том, чтоб ы я сделал с кем-то другим, будь он на месте Киры.