Некровные узы

Зелёные глаза смотрели внимательно и, казалось, читали все мои мысли.

— Боишься, что обижу?

— Боюсь, что тебе со мной станет скучно.

Алекс ничего не ответил. Вместо этого, его губы обхватили мои, втянув в себя. Мы целовались вечность, но это отличалось от жадной страсти, с которой поглощали друг друга в бассейне. Этот поцелуй был медленный и глубокий, словно наши рты вели друг с другом беседу. Его губы спустились к моей шее, в то время как руки не переставали мять грудь, которая уже отчаянно болела.

— У тебя лучшая грудь из тех, что я видел.

Из уст Алекса это не звучало, как комплимент - это была констатация факта, и, пожалуй, именно тогда я поняла, что этот мужчина никогда не станет утруждать себя лестью или ложью.

Спустя минуту, Алекс отстранился и медленно поднялся с дивана. Его ладони легли на мои колени, подтянули их вверх и развели в стороны. Лицо обожгла очередная волна жара. Прошлой ночью он видел меня на расстоянии нескольких футов и в полумраке, сейчас же стоял совсем близко в идеально освещённой комнате.

— Ты всегда не оставляешь волос?

Борясь со смущением и желанием сомкнуть колени, я еле слышно прошелестела:

— Обычно небольшую полоску.

— Мне нравится так, - в ту же секунду тяжёлая ладонь коснулась моего раскрытого входа. Ничто не подготовило меня к остроте этого ощущения, и с губ сорвался протяжный стон.

— Такая отзывчивая, — раздался удовлетворённый голос Алекса надо мной.

Два пальца осторожно скользнули в меня, и в тишине гостиной раздался влажный хлюпающий звук. От стыда из-за подобной реакции своего тела, я зажмурилась.

— Зря смущаешься, Тина, — глаза Алекса переместились на моё пунцовое лицо. — Мне льстит твоё возбуждение.

Он вышел из меня и стал неспешно ласкать клитор, распределяя по нему мою собственную влагу. От интенсивности такого прикосновения голова сама запрокинулась назад, спина прогнулась. Каждое его умелое движение нагнетало желание большего.

— У меня почти ничего не болит... Мы можем...

Алекс отрицательно покачал головой.

— Не сегодня."

"Я не успела сообразить, что происходит, как тёмная голова оказалась между моих ног, и я ощутила горячее влажное давление языка. Оно было подобно удару тока. Тысячи иголок пронзили каждый нерв в теле, заставив вскрикнуть и вонзиться ногтями в диван.

— Иисус...

Хриплый голос вибрацией потряс мои внутренности:

— Алекс, Тина. Никаких других имён.